— Ну вот, сможешь вложить деньги в недвижимость, сумма уже порядочная, — сказала мама, когда мы после суда неспешно шли по скверу. Она позвала меня в кафе, и я, конечно же, согласилась. Ну а чем ловить такси, лучше было прогуляться, благо идти-то всего ничего. — И чем тратиться на съем, лучше пожила бы дома!

— Мама, это не всегда удобно, — тактично произнесла я.

— У тебя появился кавалер? — приподняла она тонкую бровь.

— Ну… теоретически… — заюлила я.

— Понимаю, — вздохнула она, — заниматься любовью, когда за стенкой папа смотрит футбол, или я — сериал…

— Мам!

— Можно подумать, я не была молодой! — фыркнула она. — Да я и сейчас еще дам фору девчонке вроде тебя!

О том, что у мамы есть любовник, не знал, по-моему, только папа. А может, и знал, но делал вид, что не в курсе его существования, равно как и мама не замечала его юных пассий, и только время от времени напоминала, чтобы не связывался с несовершеннолетними. Папа мой работал на кафедре в здешнем институте, вел подготовительные курсты, так что бойких школьниц хватало, а поскольку мужчина он видный, совет не был лишен смысла. Впрочем, папа превосходно умел шифроваться, так что за тридцать лет преподавательской деятельности был уличен лишь в одном случае связи со студенткой — моей мамой. Но было это, как легко догадаться, еще до моего рождения…

— Ну… как-то так, — сконфуженно произнесла я. — А то, понимаешь, все эти номера на час, на сутки… Неизвестно, кто там раньше ночевал, стирали белье или нет, фу…

— А почему твой кавалер не может пригласить тебя к себе?

— У него тоже есть мама, — ответила я не без злорадства.

— Хм! А отчего бы ему не снять тебе квартиру?

— Он и так оплачивает большую часть аренды, — выкрутилась я. — Мам, давай не будем об этом, пожалуйста! Он не настолько богатый человек, чтобы снимать квартиру без ущерба для семейного бюджета. Мама там немолодая, после операции на сердце, еще сестра в другом городе учится, отца нет…

— Только не говори, что это твоя очередная большая любовь, — тяжело вздохнула мама. — Сколько можно наступать на одни и те же грабли, Полина?! Ты будто не в меня уродилась!

— Нет, это не любовь, — сердито ответила я. — Так сложилось… Жека! А ну, брысь со скамейки! Я кому сто раз говорила не сидеть с ногами?!

— Ну забыли мы… — пробурчал тот, слезая со спинки, и добавил, поглядев на маму: — Здрасьте.

Она настороженно посмотрела на Жеку и его компанию, потом перевела взгляд на меня.

— А это еще кто?

— Мальчишки из соседнего дома, — пояснила я. — Каждый день их вижу и гоняю со скамейки. Что за манера дурацкая — сидеть, как воробьи на жердочке? С другой стороны, если сиденье скамейки уже испачкали до них, то понять пацанов можно.

— Поль, Настька сказала, что купила макароны, курицу и еще чего-то для супа, как ты велела! — окликнул Жека, а я поняла, что сейчас провалюсь сквозь землю, но нашла в себе силы ответить:

— Да-да, спасибо!

Кажется, он понял, что больше приставать не нужно, и вернулся к своим приятелям.