— Мы с вами, миледи, воспитаем отличных сыновей.

— И когда вы дадите им в руки первые деревянные мечи, вы расскажете им, какая кровожадная у них мать.

— Может быть. — Он взял кубок у нее из рук и поставил его рядом с пергаментным свитком. — Мы должны выработать план. Больше не будем говорить о сыновьях, мадам, — до тех пор, пока не придумаем, что нам делать дальше.

Его глаза уже не были темными. Они сияли в свете камина — точно так же, как в их первую брачную ночь: лазурно-голубые, мерцающие золотистыми искорками.

Алис застыла.

— Золото… — проговорила она, — что вы собираетесь делать с теми монетами, которые отложили на поездку в Виндзор?

— Вы не хотите купить себе новые платья, чтобы предстать в них перед королевой?

— Но денег слишком много, Раймон. Как вы ими распорядитесь? Это огромная сумма. Я видела лицо Неверса.

Раймон опять принялся писать на пергаменте.

— Пусть Неверс думает, что мы будем тратить эти деньги на дворцовые туалеты. — Он поднял голову и улыбнулся. — Именно так мы и поступим с частью золота.

— А куда пойдет остальное? Он пожал плечами:

— Нам могут понадобиться деньги, чтобы уехать из Англии.

— Из-за де Рансона?

— Возможно. Но он нам теперь не угрожает, Алиса. Если он жив, то ему придется скрываться еще несколько лет. Учитывая историю его семьи, де Рансон не посмеет выйти из своего укрытия. Если король Ричард узнает, что он хотел украсть имущество королевы Элеаноры и перерезать горло ее фрейлине из Пуатье…

— Какая история? Его отец в числе многих нормандцев восстал против короля Генриха. Он был не одинок, да и случилось это очень давно…

Раймон покачал головой:

— Вы не знаете продолжения? Старый лорд Джеффри де Рансон восстал против Ричарда в Нормандии. Его сводный брат, ваш первый помещик Харольд де Рансон, получил эти земли с условием, что его сын никогда не вернется ни в Нормандию, ни в поместье его старшего брата в Тайлекурте. Если наследник де Рансона-старшего разозлит короля Ричарда, его не спасет даже принц Иоанн. Неужели ваши родители не знали, что в последние годы де Рансонам приходилось жить с большой оглядкой?

Признаки в самом деле были, но Алиса их не распознала. Однажды Неверс отправился к принцу Иоанну с ежегодной данью из Кернстоу, но на реке было половодье, и ему пришлось вернуться. Тогда старый лорд де Рансон побагровел от гнева и долго распекал своего управляющего. А когда набирали войска для отправки в Палестину, де Рансон-младший проявил чрезмерное рвение и послал королю Ричарду больше пехотинцев, чем тот просил. Зато своих хорошо обученных солдат оставил дома — стеречь Кернстоу.

— Нет, — сказала Алиса, — мои родители ничего об этом не знали. Но моя мать вообще мало что знала про войну и восстания, если не считать того сражения, в котором погиб мой отец. А ее второй муж…

— Ваш отчим Уильям?

— Да. Он никогда не был при дворе и еще меньше матери знал о распрях великих лордов.

— Будь он в курсе всех дел, он мог бы оспорить действия Харольда де Рансона, когда тот послал в Палестину необученных морстонских фермеров вместо собственной армии.

Раймон склонился над недописанным письмом. Алиса села и обхватила голову руками.

— Если де Рансон так боится короля, то сейчас он, должно быть, прячется и выжидает, вернется ли Ричард из плена.

— Или лежит мертвый в земле. Алиса содрогнулась.

— Его труп пропал.

— Ваш кузнец мог унести труп и спрятать в другом месте — там, где его никто не найдет.