— Да. Это важно.

— Вы понимаете их речь?

— Нет. Отец Грегори был моим переводчиком. У них странный язык, очень похож на бретонский. Наверное, мне будет непросто его выучить.

— Вам не нужно его учить. Я буду передавать вам, о чем они говорят.

На лице Раймона появилась легкая улыбка.

— Вы должны научить меня их языку, иначе я не смогу защищать Морстон и Кернстоу. К рассказам пастухов стоит прислушиваться. — Он обернулся в седле и вновь посмотрел на скалу. — Я не оставлю без расследования ни одну смерть, которая случится в этих краях.

Прежде чем ответить, Алиса сделала долгий бесшумный вздох.

— Я тоже.

Он опять посмотрел на нее.

— Ну ладно, хватит говорить о смерти, миледи. Сегодня день нашей свадьбы, а вы так бледны. — Он погладил ее по щеке. Она вздрогнула. Румянец, возникший от этого теплого прикосновения, начал медленно распространяться вниз, заливая шею и грудь.

Он опять нахмурился и, отдернув руку, сунул ее в тяжелую латную рукавицу.

— Успокойтесь, Алиса. Не надо меня бояться.

Алиса оглянулась на воинов, которые ехали на некотором расстоянии от них и не могли слышать слов ее мужа.

С болота налетел порыв холодного ветра. Мантилья Алисы взметнулась и затрепетала под подбородком. Раймон схватил тонкую шерстяную материю и забросил обратно ей за плечо.

— Если вы будете и дальше вздрагивать от моих прикосновений, леди, наша супружеская постель будет несчастным местом.

Интересно, его крепкое тело такое же теплое, как руки? Когда сегодня ночью они останутся одни, почувствует ли она тот же внутренний жар? Алиса оторвала взгляд от его мускулистых ног и прогнала из головы навязчивые образы. Ей надо быть начеку, ложась в постель с этим мужчиной, иначе он овладеет не только ее телом, но и ее тайнами. И никто не придет ей на помощь в уединении супружеской спальни. Этот человек, которого солдаты зовут Фортебрасом, может убить ее одним небрежным взмахом руки, за силу которой он получил это имя.

Напутствия Эммы были очень разумны: «Не серди его. Делай все, что он потребует». Алиса нагнула голову.

— Я дала супружеские обеты и не обману вас… с совокуплением.

— Это будет не просто совокупление.

Кровь отлила от лица девушки. Ну вот, он уже начал ее мучить!

«Не серди его. Делай все, что он попросит».

— Это не угроза, — мягко добавил он, — это обещание, которое должно быть приятно женщине.

Она не могла унять дрожь в руках.

— Мне не нужны обещания и красивые слова. Я и без них буду честно соблюдать свой супружеский долг.

Алиса так сильно натянула поводья, что кобыла под ней дернулась и захрапела. Раймон подъехал поближе. Она подняла голову и увидела, что он внимательно смотрит на нее, а губы его по-прежнему изогнуты в легкой полуулыбке.

— Я учту ваши пожелания, миледи. Между нами все будет просто — обычное совокупление, как вы выразились. Будем совокупляться, как выдры в том пруду, — он показал на темную линию на севере, где начинался лес поместья Кернстоу, — или как олени в том лесу. Хотите обойтись без красивых слов? Тогда пойдемте, Алиса… — Его рука в перчатке накрыла ее руку, ухватив поводья в кулак. — Где ляжем — в кустах на берегу пруда или в лесу?

— Вы с ума сошли…

Тучи прорезал внезапный крик ястреба. Де Базен отпустил ее руку.

— Значит, вы согласны, леди, что слова нам все-таки понадобятся? И время… — Его улыбка стала шире, потом исчезла совсем.