Еда оказалась какой-то гнусной массой из пережёванных листьев.

— Вы нарушаете мои права! — кричала Катька, грохоча миской по прутьям клетки. — Я буду жаловаться!

— Мой фюрер, позвольте, я вкачу паршивке дозу кислоты! — разозлилась лейб-мерзавка.

— Не разрешаю! Это заложник!

— Мой фюрер! — вскочила в бункер вторая муравьиная особа. — Мы взяли пленного!

В центральный штаб армии втащили большого паука.

— Принцесса! — воскликнул он. — Я не бросил вас в беде! Кретинакер, вы мерзавец! Я требую обмена заложников! Я предлагаю себя в жертву! Принцесса, оцените мою самоотверженность!

Его бросили в клетку.

— Привет, козёл! — приветствовала его Катька. — Будем вместе срок мотать.

— Я счастлив, о принцесса!

— Нет, это просто невозможно! — простонал фюрер.

Заключённые безобразничали в клетке. Они распевали издевательские песни, требовали полдник, колотили мисками по прутьям.

— Мой фюрер! — остервенело подскочила лейб-мерзавка, — Позвольте прибегнуть к репрессиям!

— Не могу позволить! Чем я буду торговаться с эльфами?! Это же заложники! Эльфийская принцесса и её безобразный хахаль!

— Сижу на нарах, как король на именинах, и пачку «Космоса» мечтаю получить! — распевали пленники хулиганские стишки.

— Мой фюрер! — втащилась в бункер оберштурмбанфюрер Гадзила. — Нас атаковали превосходящие силы противника!

— Кто напал?!

— Наездники!

* * *

— Мы отвлечём их внимание! — крикнула Абордажь.

— Не мы отвлечём, — немедленно взвилась Грыжа. — а я отвлеку!

И обе осы, с азартом пересобачиваясь между собой, взмыли над верхушкой горочки. Они устроили такой скандал, так свирепо грызлись, что зенитчики и не пытались их сбивать, только смотрели с распущенными от восторга жвалами. Постепенно снизу стали тоже собираться зеваки.

Осы выделывали такие выкрутасы, так виртуозно лаялись, что зрители увлеклись зрелищем и стали комментировать ход схватки.

— Боевая машина по кличке Грыжа заходит на второй виток! Внимание, сейчас произойдёт решающая встреча! Абордажь тоже приготовилась к атаке! Трибуны безумствуют! Пошла, пошла, побольше оборотов! Есть!!! Грыже чуть не откусили лапу! Ка-кой пассаж!

— Давай, Грыжа, давай! Врежь по жвалам!

— А-бор-дажь! А-бор-дажь! — скандировала противоположная сторона.

* * *

— Мой фюрер! — ворвалась Гадзила в ставку командования. — Войска деморализованы!

— Так, покажите мне на карте, где проходит рубеж передовой!

— У нас на крыше!

— Когда они успели?!!!

— Спар-так чем-пи-он! Спар-так чем-пи-он! — орали и топали ногами заключённые.

* * *

— Берём штурмом нижние ворота! Охрана ослаблена! — крикнул своей армии храбрый наездник Бойк Левински, обер-офицер гвардии Гусарского полка.

Отборная сотня наездников с жужжанием взлетела из укрытий и, с ходу перегруппировавшись, дружно напала на два десятка нижних ворот. Оборона была ослаблена представлением на крыше. Там так громко орали и свистели, что защитники крепости не слышали шума снизу.

Сторожевые муравьи принялись поспешно баррикадировать входы. Они затыкали их мусором, дохлыми гусеницами, перегораживали палочками.