— Я пойду. — сказала старуха. — Кондаков с Немучкиным ждут меня.

Наташа обрадовалась этому. У неё есть время спокойно подумать.

* * *

На болотах разворачивались съёмки главной сцены фильма. Свадьба на болоте. Всё уже подготовлено с вечера. Заторможенные работнички ничего не спрашивали и ничему не удивлялись. Кондаков был очень рад этому. Ничто не отвлекало его от работы.

Съёмочная площадка располагалась внутри той самой церкви на болоте, в которой они встретились с Диким Трупом. Им пообещали сохранить её в неприкосновенности. Только смотритель снялся с верёвки и убрался. Зато вокруг висела такая роскошная паутина, какой можно добиться разве что в павильоне. Марианночка была необыкновенно серьёзна. Все чувствовали, что съёмки на натуре приближаются к концу и работали очень резво. Но неожиданно вышел спор со ведьмой.

Кондаков наставлял Марианну. Сцена должна пройти с перцем. Главная героиня вдруг обнаруживает, что её принц — хладный покойник. Вот драма! А она уже полюбила его до беспамяти. И Кондаков уже подумывал поснимать далее сцены в постели. Представляете, такая сладкая девочка и целуется с позеленевшим трупом! Ой, сколько будет дрожи в зале!

— Это же любовь — твоя работа! Публика жаждет страсти, жизни, остроты! Любовь с покойником, что может быть пикантнее! — внушал он Марианне.

А рядом сидел на стуле загримированный Карсавин, совершенно прокисший хуже всякого покойника, и портил всё впечатление от речи режиссёра. Его тошнило. Кажется, съел что-то не то. Марианночка посмотрела на блюющего «кушать подано» и перекривилась. Ей же целоваться с ним. Звезда не стала смотреть, как режиссёр уламывает Карсавина и вышла погулять.

— Мне кажется, никто лучше не сыграет роль мертвеца, чем сам мертвец. — проронила тогда ведьма.

Кондаков давно уже понял, что она подсовывала ему на съёмках какого-то вампира из своей родни. Тот был похож на Карсавина просто потрясающе — за исключением таланта. Парень был в самом деле находка. Но платить ещё одному актёру Кондаков не собирался. Надо выпускать в работу Карсавина. А то ещё вкатит неустойку.

— Заблуждение, коллега! — отвечал режиссёр. — В вашем покойнике слишком много романтизма и прочей деструктивной чепухи. Он слишком много вкладывает в роль личного. А наш актёр профессионал, он хорошо вписывается в кадр.

Кондаков смолк и огляделся. Все с отвращением взирали на этого типа. А во тьме за софитами прятался старухин красавец, с которым звезда Тверской снималась в лучших эпизодах.

— Ты знаешь, Карсавин, — наклонился к уху актёра Кондаков, — если ты сейчас не пойдёшь в бой, я поставлю твоего дублёра.

Тот махнул рукой и продолжал булькать внутренностями.

— Пойду-ка я его прогуляю по природе. — с сочувствием проговорила Виолетта. И вытащила провинциальную бездарность наружу, на зелёную травку. Тогда вернулась Марианна.

* * *

В болотной церкви царила тишина. Все двигались, словно сомнамбулы. Лишь Кондаков с Немучкиным упивались действием. Перед ними происходили чудеса. Камера брала их и запечатлевала. Ничего не надо было говорить. Ничего не надо объяснять. Ничем не приукрашивать и ничего не добавлять потом.

Ведьма преобразилась. Её лицо приобрело какое-то неестественное величие, резкость и жестокость. Фигура стала угловатой, старушечья кофта и юбка потемнели и слились.