Марианна взяла обеими руками ладонь Сергея и лежащую поверх ней руку Карсавина.

— Я должен сказать тебе, Марианна. — заговорил вдруг мёртвый.

— Делай, что тебе велели! — приказал голос. — Мария, ты хочешь быть счастливой с ним?

— Да. — ответила девушка.

— Я должен сказать тебе… — глухо заговорил жених.

— Не говори! — крикнул чернец. От этого крика со стропил слетели черные силуэты.

— Я мёртвый, Марианна. — сказал Сергей.

Та не понимала.

— Возьми её руку, Серёжа. — тихо попросила ведьма.

От этого голоса Марианна очнулась и отступила, озираясь.

— Почему ты называешь меня так? Я не Марианна, я — Мария!

— Это всё обман. Я умер много лет назад.

— Ты оживёшь, Серёжа. — снова позвал голос ведьмы. — Как только обвенчаешься с ней, так и оживёшь. Вот твоё тело, оно стоит рядом. И я в этой девушке живу. Мы будем счастливы с тобой.

— Ты хочешь этого, Мария? — спросил он, глядя в глаза своей невесте.

Та молча отступала. И, не говоря ни слова, бросилась через дверной проём наружу. Карсавин закатил глаза и рухнул навзничь.

— Что ты наделал. — сказала ведьма.

— Снято! — воскликнул Виктор. От этого голоса все вздрогнули. Сергей с отвращением глянул на него. Мертвец перекривился, как от зубной боли, и быстро вышел вон, в серость болотного тумана. Декорации быстро исчезали. Ещё мгновение — и остались лишь пустые стены. Аналой был пуст. Только посреди столбов стояла ведьма.

— Пошёл ты к чёрту. — сказала она Виктору.

От этих слов пол под ногами режиссёра треснул, провалился и яма стала быстро заполняться мутной жижей.

Все торопливо спасали имущество. Стены болотной церкви уходили вниз, в трясину. А зелёный островок поблек и начал распадаться на части. По кочкам ковыляла съёмочная группа. Тащили тяжёлую аппаратуру, посылали друг дружку в сад, в баню, в библиотеку. Куда угодно, только бы не к чёрту. Блины, японские бабушки и факи так и сыпались в окружающую их среду. Наконец все выбрались на бережок и пересчитались.

— Все живы, матушки мои! — вздохнула Виолетта. — Пойду всё маме расскажу!

— А я к Нинке. — глядя на неё мутными глазами, признался Димка.

На режиссёра никто не обращал внимания. Все завозились, взвалили на себя аппаратуру и, вяло переругиваясь, потащились в деревню. Карсавин тоже тащился, только молча.

— Странно как-то это всё. — заговорил Немучкин.

Ответить было нечего и Кондаков промолчал.

* * *

— Я согласна.

— Что? — ведьма подняла голову.

— Я согласна принять твою силу. Но я не буду никого здесь держать в плену. С него достаточно иллюзий.

Ведьма не отвечала. Она словно колебалась.

— Он не вернулся? — спросила, наконец, Евдокия.

— Нет ещё.

А про себя подумала: ему незачем торопиться. На Селембрис можно пробыть сколь угодно долго, а здесь пройдёт лишь несколько часов.

Старуха шла к бане, в которой ранее происходили съёмки. Наташа — за ней. И разрывалась в мучительном раздумье. Чего же она хочет? Спасти людей или просто приобрести способности волшебницы? Она весь год завидовала Лёньке. Вчера только он был иной. А нынче она видит его и понимает: он ночью снова был в Селембрис и видел чудеса. И вот теперь перед ней открылись подлинные закрома волшебной силы.