Гонимый голодом, Лёнька проник на кухню. Нашарил там кастрюлю супу, ещё горячую и принялся торопливо хлебать из половника, чтобы кто-нибудь не начал задавать вопросов, почему он не явился на обед.

— Это что такое?! — раздался гневный голос. — Не можешь дотерпеть?

В дверях стояла Зоя. Она прошла на кухню и отобрала половник.

— Сейчас есть все будем.

Вошёл Семёнов, вытирая руки полотенцем.

— Зови девчонок и Антонину. — сказал он. — У киношников перекур на обед.

Лён так удивился, что забыл про зверский голод. Обед в их доме бывает в два часа. А сейчас восемь, даже девятый. Он машинально глянул на настенные часы. Там было только два часа — встали, наверное.

В дом с грохотом ввалилась Катька, следом шли Антонина и Наташа. Все то-ропились сесть за стол.

— А сколько времени? — растерянно спросил Лёнька. Похоже, здесь у всех не-правильно идут часы!

— Всё как положено, — ответила мама. — два часа.

— Что снимали сегодня? — спросил Семёнов Антонину, садясь за стол.

— Всякие чепуховые эпизоды. — ответила та.

Все ели, переговаривались, сплетничали, смеялись. Лён даже забыл о жесто-ком бурчании в желудке. Он слушал и с нарастающим изумлением убеждался, что ничего не понимает. Между его уходом на Селембрис и возвращением обратно практически не было зазора! Он ушёл около двух и вернулся почти во столько же! Такого не бывало никогда.

Антонина меж тем со смехом рассказывала байку, которую ей натравили ос-ветители. Эти обормоты с серьёзным видом взялись её разыгрывать: они утверж-дали, что видели вчера своими собственными глазами, как Лёнька ввалился в дверь предбанника и вырубил ногой провод!

— Этого не может быть! — воскликнула Наташа. — Всё время съёмок мы были вместе возле дома! Катька вот свидетель!

Тут взоры всех невольно обернулись к Лёньке. А тот сидел с таким видом, словно в него попала молния.

Что это было? Как можно выскочить во вчерашний день?! Он был в Селемб-рис, когда заглянул в баню, и попал в момент вчерашних съёмок?!

Этим летом он встретился с таким количеством загадок, сосредоточенных в районе крохотной деревни, что совершенно терялся в предположениях.

* * *

— Лёнь, что произошло? — тихо спросила его Наташа, когда выпала возмож-ность. Никого рядом не было и никто не мог услышать.

Недоумевающий Лёнька ей всё рассказал. Помочь ему Платонова не могла ничем. Перенестись в другой мир она более не может. Весь ресурс исчерпан.

— Эй, смотрите, что я нашла тут! — раздался из мезонина голос Катьки.

Неугомонная девица лазала без спроса на чердак и рылась в запылённых сун-дуках. Катька скатилась с лестницы, едва не разбив свой любопытный нос. И, не удержав в руках, уронила на пол большую, обтянутую тёмной кожей книгу. При дальнейшем исследовании выяснилось, что это старый альбом с фотографиями.

— Эх ты! — восхитился дядя Саша, выбравшись на грохот из дома. — Неужто не пожгли?!

Все вместе они отправились на веранду. Там, за старым столиком, покрытым весёленькой клеёнкой, все сгрудились и стали разглядывать потускневшие от вре-мени фотокарточки.

— А я ещё видала в рамках! — с довольным видом сообщила вездесущая Кать-ка.

— Были, были у мамки такие. — подтвердил Семёнов. — На стенах висели.

Они все вместе переворачивали толстые негнущиеся страницы. Дядя Саша кого-то помнил, кого-то — нет.

— Смотри, Катька, на тебя похожа! — пошутила Наташа и указала на хорошо сохранившуюся карточку.