Они вылезли из экипажа и прошли под аркой. Дикий Труп помчался впереди, а Гости — следом. Они миновали ряд надгробий и сдвинутых с места плит.

— Здесь всегда так тихо? — спросил приглушённым голосом Борис.

— Нет, что вы! — воскликнул Труп. — Просто никого нет дома! Все отправились на скачки! Сегодня состоится забег года. Мурдерберг славится обилием злачных мест, притонов, игорных заведений и монстрильими бегами.

— Какими бегами? — не понял Виктор.

— Бегами монстров! — охотно пояснил Гид.

Это было очень интересно и киношники пожелали узнать, как именно вы-глядят бега.

Монстродром дал знать о себе издалека. Над огороженным кладбищенской изгородью полем стоял крик и гул. Импровизированные трибуны, сплошь состоя-щие из разрушенных надгробий, останков металлических оградок, поломанных гробов и колонн от склепов, были заняты ревущими покойниками. Кругом празд-нично развевались обрывки саванов, хрипели громкоговорители. Разносчики за-плесневелых пирожков, поклёванных птичками на могилках, протухших краше-ных яиц и замусляканных конфеток крикливо предлагали свой товар. Кавалеры галантно покупали дамам бумажные цветы.

— Делать ставки, делать ставки. — лихорадочно бормотал Дикий Труп, протис-киваясь сквозь толпу к окошечкам.

Борис обалдело вертелся во все стороны и снимал камерой всё подряд. Вик-тор тащил его на буксире, стараясь не потеряться в гигантском водовороте драных фраков, клацающих челюстей, трещащих рёбер, пустых глазниц. Все были охваче-ны безумным возбуждением. Праздничная атмосфера кружила головы отменной вонью. Взлетали в воздух и развёртывались, как серпантин, окровавленные бинты. Сыпались, подобно конфетти, крупные жирные хлопья пепла из крематория.

— Дохлые кошки-гриль! — зазывал усатый повар у мангала. — Прекрасно выдер-жанная падаль! Бренные останки!

Публика рвалась делать ставки. Дикий Труп с воплем бросился на освободив-шееся место.

— Боря, не потеряй камеру! — кричал Виктор.

Наконец, все расселись по местам. Гид нагло прорвался на трибуны и занял места на всех — три старых продавленных корзины. У него не хватало полруки. С удивлением гости узнали, что платёжным средством в этом мире служат части те-ла. У всех посетителей на монстродроме в чём-нибудь был недокомплект. Некоторые вообще недосчитывали половины тела. Мимо протащился на одних руках череп в перекошенном цилиндре.

— Азартный игрок! — уважительно отозвался о нём Дикий Труп. — Несколько раз терял почти всё тело и отыгрывался. Однажды остался и без рук. Прыгал чере-пушкой.

— А если всё проиграет? — с интересом спросил Виктор.

— Надгробие заложит, гробик у старьёвщика сменит на попроще. — ответил Гид. — Некоторые берутся выращивать Могильного Червя, сдают в аренду поме-щение. Но был один, который проигрался подчистую. Смотрите, выход наездни-ков!

— Ты на кого поставил?! — взволнованно спросил Виктор. — Как называют ска-кунов?

— На Рваную Кишку! Это не скакун, а Наездник. Здесь на скакунов не ставят.

Трибуны зашумели. На поле выходили наездники. Издалека их было плохо видно. Зато вокруг все начали выкрикивать имена своих кумиров. Из воплей стало ясно, что помимо Рваной Кишки, в заезде участвуют Безбашенный, Мокрец, Чум-ная Дрынь, Кабзец, Сфинктер и другие.

Наездники раскланялись и ушли каждый в своё стойло. Публика постепенно стихла. И тут раздался грохот барабанов. Барабаны были очень замечательны. Это оказались карлики с большими головами. Они шли шеренгой по полю, а за ними шли барабанщики и колотили большими берцовыми костями карликов по голо-вам.