— О’кей, теперь древесина!

Положим, в доме полно вещей, сделанных из дерева, но скорее тут речь идёт о растущих деревьях. Она выбежала в сад, посадила Рэкса Рафа Монти в траву и вскарабкалась по очереди на все три старые узловатые яблони. Но опять никакого толку.

— Тогда это должен быть чай.

В доме было несколько коробок с чаем. Две жестянки в кухне — одна с индийским, другая с китайским («хотя было бы нечестно, если бы он положил подсказку в неё»). Имелась ещё красивая рифлёная чайница в серебряном чайном сервизе, которым мама пользовалась в особенных случаях, а также оцинкованная внутри коробка, в виде миниатюрного матросского сундучка, сделанная из светлого полированного дерева и окантованная медью. Везде было полно чая, но никакой информации.

Машинально Хармони направилась туда, где ей лучше всего думалось, — в курятник. Она села на ящик, приложила ладонь ко лбу, плотно закрыла глаза — ну просто олицетворение мучительного раздумья. Это была Сосредоточенно Думаю гримаса, которую Хармони всегда использовала на уроках, когда не знала ответа.

Рэкс Раф Монти повис в другой её руке, и Хармони, погружённая в свои мысли, рассеянно покачивала его туда-сюда, отчего пёс слегка ударялся — пум, пум, пум — о ящик из-под чая, на котором она сидела. «Пум-ти, пум-ти, пум-ти! — звучало у неё в голове. — Пум-ти, пум-ти, пум-тии!»

Конечно! Она быстро спрыгнула с ящика и перевернула его. На самом дне нашёлся ещё клочок бумаги. На нём было написано:

СВОЙ КРЕСТ, ОТВЕТСТВЕННОСТЬ, ЧУШЬ.

КАКОЕ СЛОВО К НИМ ПОДХОДИТ?

ИЩИ ТАМ.

— Нести свой крест, — медленно произнесла Хармони, — нести ответственность, нести чушь… Что ещё? Ну конечно! Яйца!

Опустившись на колени, она принялась лихорадочно рыться в пыльной старой соломе, которая была в четырёх ящиках для высиживания яиц. В первых трёх — ничего. В четвёртом ящике она что-то нащупала. Конверт! И на нём написано:

ХАРМОНИ ПАРКЕР.

ОБРАЩАТЬСЯ ОСТОРОЖНО!

Внутри прощупывалось нечто маленькое и твёрдое. Она надорвала конверт. В нём оказалось что-то, завёрнутое в бумажку. Хармони торопливо её развернула, и на пыльный пол курятника упала одна-единственная монетка в пятьдесят пенсов.

ГЛАВА 3

Загадка

«В маленьких конвертиках бывает немало хорошего». И это всё, что он имел в виду?! Одна пятидесятипенсовая монетка? В конце концов просто деньги, и ничего особенного. Хармони подняла монетку и положила её в карман. Она опять посмотрела на конверт. «Обращаться осторожно!»

Почему? Что бы это могло значить? Только сейчас Хармони заметила, что на клочке бумаги, в который была завёрнута монетка, что-то написано, и её охватило волнение. Охота не окончена! Ещё подсказка!

Она осторожно разгладила бумажку и прочла сначала быстро про себя, а потом вслух громко, медленно для Рэкса Рафа Монти:

Хармони, ничего не поняв из прочитанного, опять перевернула ящик и села на него с клочком бумаги в одной руке, со старой собакой — в другой.

— Последовательной, будь последовательной, — пробормотала она и сосредоточилась на первых двух строчках.

Так как загадка была написана дядей Джинджером, она начала размышлять, обращаясь к нему.

— Ну да, я хочу, чтобы ты был рядом, — сказала она. — Ещё бы не хотеть! Но я не понимаю, как это разделить год вместе. Мне десять, а тебе, наверное, около сорока. Разве что это просто последняя цифра в дате… Например, я родилась в тысяча девятьсот семьдесят третьем году, а ты — в тысяча девятьсот сорок третьем.