— Она со своим дядей Тимом, — Марго похлопала мужчину в полосатой футболке по руке.

— Привет-привет! — проворковала Мэгги, протягивая руки, чтобы забрать у мужчины его живую ношу. Лайла, радостно улыбаясь, засучила кривоватыми ножками.

— А вот мне она за все это время не улыбнулась ни разу, — заметил дядя Тим, притворяясь удрученным.

Широкоплечий, заросший, с темными глазами и резко очерченной челюстью, этот обладатель глубокого баритона был одним из самых красивых мужчин, которых встречала Мэгги. Гораздо более красивым, чем все те, с кем ей когда-либо приходилось появляться на публике. И уж тем более чем те, с кем она ходила на свидания.

— Вы, значит, брат Ника? — спросила Мэгги, понуро предположив, что свою семью Марго будет держать на расстоянии, пока занимается своей второй по важности работой.

— Нет, просто друг, — мужчина ухмыльнулся в ответ.

— Лучший друг, — Марго нежно взглянула на Тима, жестом предложила наполнить стакан кому-то, стоявшему у Мэгги за спиной, и вновь скрылась в толпе.

* * *

Все это произошло две недели тому назад. С тех пор Мэгги трижды встречалась с Тимом Причардом — отличный результат. Она решила отказаться от свиданий, но в действительности это касалось только свиданий, назначаемых на сайтах знакомств. Если же перед тобой появляется некто одинокий и вполне нормальный, из плоти и крови, с теплой кожей и еще более теплой улыбкой, надо быть полной идиоткой, чтобы дать от ворот поворот.

Настоящий симпатяга, друг подруги, человек, про которого можно сказать «встретила на вечеринке» — все это было истинным подарком. Женщина, живущая в одиночестве так долго, как жила Мэгги, уже начинает сомневаться, что такие люди реально существуют, а не придуманы с единственной целью держать ее в состоянии вечного ожидания с тем, чтобы она не вздумала завести потомство от мужчины, который в своем профиле указывает пиццу в качестве хобби.

Хотя пиццу Тим любил — на одном из первых свиданий они ели ее, приготовленную на заквашенном тесте, — но это было далеко не все. Он оказался славным, веселым и по-настоящему взрослым. Любил кататься на велосипеде и сам стирал свое белье, что всегда является добрым признаком. Мэгги увидела белье на сушилке, когда впервые осталась у него дома, и задумалась, не пахнет ли здесь любовницей или соседкой, но Тим заверил ее — ни той, ни другой нет.

К сожалению, он жил в том же юго-восточном районе Лондона, что и Марго с Ником — практически за углом. «К сожалению» не потому, что Мэгги не нравилось соседство, а потому, что до него было чертовски трудно добираться из ее Кэмдена, и потому, что люди, живущие в северном Лондоне, автоматически смотрят на жильцов южного сверху вниз. Хотя в месте, где жил Тим, было много положительного — здесь полно курсов йоги для беременных и начальных школ, так что, возможно, он тоже задумывался о будущих детях. Впрочем, тут Мэгги, кажется, бежала впереди паровоза.

А вот время их знакомства оказалось очень неудачным. Как раз накануне она передала Мофф духоподъемный материал о том, как здорово для женщины быть одинокой и ни от кого не зависящей, — и главная ухватилась за эту идею. Мэгги не знала, стоит ли сообщить Тиму об этом прямо в лоб — хотя это выглядело несколько самонадеянно, ведь знакомы они были всего пару недель, — или лучше дождаться того момента, когда он увидит статью в новом номере. В этом случае был риск, что Тим почувствует себя обиженным на то, что она не считает себя ни с кем не связанной.