|
Имелись у него характерные нарушения мышления в виде паралогичности и нелепостей. В частности, совершенно непонятна логическая связь между произнесенным словом, начинающимся с гласной буквы и «сожжением участка мозга, на который воздействовала психотерапия». Такое суждение не только паралогично, но и откровенно нелепо. Давать какие-то прогнозы по этому случаю я бы поостерегся. Единственное, что могу сказать, препятствием к достижению стойкой ремиссии может быть мать больного. Точней ее психическое состояние. Успех лечения Антона будет напрямую зависеть от лечения матери. Вот только согласия на него она не давала, да и непохоже, что даст.
Так, следующий вызов к женщине семидесяти двух лет, с поводом «слабость, теряет сознание». В прихожей нас встретил мужчина с расстроенным и озабоченным лицом: – У меня с матерью чего-то не то творится. Полдня лежит, только встать попытается, того и гляди сознание потеряет. Больная с бледным лицом лежала на диване. – Здравствуйте, Нина Васильевна! Что случилось? – Да сама не знаю, что со мной. Такая слабость сильная, что ноги не держат. Как только попробую встать, так сразу падаю. И с сердцем я чувствую что-то не то, как будто вот-вот остановится. Никогда у меня такого небывало. Ну что ж, в подобных случаях нужно сразу смотреть ЭКГ. А там пакость пакостная: синдром слабости синусового узла в форме синоатриальной блокады. Теперь постараюсь все это на русский язык перевести. Синусовый узел – это особые клетки, находящиеся в виде островка в правом предсердии. Выполняет он чрезвычайно важную задачу, обеспечивая ритмичные сердечные сокращения. Синоатриальная блокада означает невозможность передачи электрических импульсов из синусового узла на миокард предсердий. В данном случае сердце начинает работать неправильно, слабо. У нашей больной частота сокращений была очень низкая, да еще и с паузами. Ну а как следствие – головокружение, слабость и предобморочные состояния. Больной ввели внутривенно Ат***пин и в кардиологическое отделение свезли, предварительно от души намаявшись с поиском носильщиков. Следующий вызов ждать себя не заставил: сыпь у женщины шестидесяти шести лет. Подъехали к старому-престарому деревянному двухэтажному дому. В квартире нас обдало вонью, источник которой стал виден сразу. В прихожей стояли грязные клетки с двумя облезлыми потрепанными птицами. Встретила нас сама больная: – Здравствуйте, что-то меня всю обсыпало, – сказала она, не дожидаясь расспросов, – аллергия какая-то, что ли? Да вроде я и не ела ничего такого. У меня вся еда полезная, диетическая, вот перепелиные яички ем, свойские. «Фигней вы занимаетесь, уважаемая, – подумал я. – Ради чего устраивать такой срач в квартире, если эти яйца ничуть не полезнее куриных?». – Температура не повышалась? – Ой, да, я простыла, видимо продуло меня, второй день температура поднимается. Вчера вечером тридцать семь и семь было. Сегодня не мерила, но чувствую, что есть. – Как вы мочитесь? – Знаете, что-то помалу получается. Пью нормально, а мочи мало. – Скажите, а мыши у вас есть? – Ой, прямо нашествие какое-то! Уж даже не знаю, как и избавиться. Если травить, так можно и самой отравиться. Какое-то безвыходной положение. Утром прихожу на кухню, а на столе г-но мышиное! Ну и что мы в итоге имеем? На теле петехиальная сыпь, проще говоря, мелкие кровоизлияния, склеры красные, по правильному говоря, инъецированные. Есть уменьшение диуреза. Повышенная температура тела. Мыши вконец оборзели, чуть ли не стадами ходят. Все это вместе взятое навело на мысль о геморрагической лихорадке с почечным синдромом. Заболевание это инфекционное, поражает почки и может вызывать внутренние кровотечения. При своевременном лечении прогноз благоприятный. |
