Тревожные вызовы

Несмотря на устойчивое относительное дневное тепло, ночью и ранним утром зима еще хозяйничает. В шесть сорок пять морозец чувствительный, уши пощипывает. Ладно, это не проблема, я ж не изнеженная барышня, не замерзну. Тут проблема в другом была: все, что вчера растаяло, сегодня в сплошной каток превратилось. А потому идти приходилось мелкими шажочками, почти не отрывая ног от земли.

Во дворе старший врач предыдущей смены Дмитрий Зотов активно распекал дворника Сашу:

– … Я тебе сказал, бери песок и посыпь везде, все засыпь к чертовой матери! Сколько можно повторять?

– Дык ведь все равно же все растает, – пытался возражать дворник. Сегодня днем до плюс пяти!

– Саша, да <распутная женщина>, ты понимаешь, что врач упала и разбилась, можно сказать! Ведь разборки начнутся!

– Не, а че она под ноги-то не смотрит? У нее, блин, *опа огромная к земле тянет! Она так или иначе <навернулась бы>!

– Так, ну-ка прекращай свои гнилые базары! Иначе сейчас докладную напишу, и выговор огребешь!

– Да ладно, ладно, не кричите! Кругом, блин, начальство, даже плюнуть некуда!

Тут я полюбопытствовать решил, поподробнее узнать, что случилось-приключилось.

– Кому не повезло, Дим, кто разбился-то?

– Жаркова. Из машины когда выходила, поскользнулась и со всего размаха на копчик села. В травму возили, перелома нет, но ушиб сильный. Она теперь по любому на больничном будет. А мне сегодня надо после смены оставаться. Придет специалист по охране труда, будем оформлять несчастный случай на производстве.

Да, упасть тут у нас немудрено. В оттепель посреди двора лужища стоит огромная, которая в мороз катком становится. Рабочие много раз эту лужу пытались в канализационный люк загонять, но толку было мало.

Вот и конференцию объявили.

После доклада старшего врача, слово взяла начмед Надежда Юрьевна.

– Коллеги, вот уж не думала не гадала, что опять придется возвращаться к теме обезболивания при ОКС[22]. Непонятно почему некоторые считают, что наркотик нужно колоть только при ОКС с подъемом сегмента ST. Ну а если без подъема, то можно обезболивать, как бог на душу положит. И делают кто во что горазд. Да ладно, если простой ан***гин, так ведь еще и к***рол в ход идет! Да ведь НПВСы[23] полностью противопоказаны при ОКС! Они же могут вызывать образование микротромбов! К***ролом вы только ухудшите состояние больного, утяжелите его! Так что, коллеги, раз уж вы ставите ОКС, неважно, с подъемом или без, то будьте любезны обезболивать только м**фином! Если не до конца обезболили, тогда еще и фен**нил сделайте. Но чтоб больше я не видела никаких ан***гинов и к***ролов!

Когда вышли из конференц-зала, меня остановил главный фельдшер Андрей Ильич.

– Слушай, Юрий Иваныч, у меня к тебе дело на миллион долларов.

– Понял, давай!

– Что давай?

– Миллион долларов.

– Юрий Иваныч, да не до шуток мне, честное слово! Беда пришла откуда не ждали. В общем, у дезинфектора Новиковой стало с головой не в порядке. А говоря проще, <тронулась> она капитально. Ни с того ни с сего отказывается машины обрабатывать вот уже вторую смену.

– Но ведь наверняка же она как-то это объясняет?

– Да она околесицу плетет, а не объясняет! Короче, она мотивирует это тем, что в трудовом договоре ее должность называется «медицинский дезинфектор стерилизационной». Она уцепилась за слово «стерилизационная» и говорит, что должна работать только в ее пределах. А поскольку машины находятся не в стерилизационной, то обрабатывать их она не обязана.

– Ну так Андрей Ильич, ткнул бы ее носом в должностную инструкцию и всех делов.

– Ха, наивный ты человек, Юрий Иваныч! Тыкал, конечно, но ведь на Веру Ивановну где сядешь, там и слезешь.