– Так значит я с братом не увижусь?

– Понятия не имею. Я еще раз повторяю, что по приглашению умерших сюда не попадают.

И вновь она очутилась в том самом помещении, похожем на аэропорт. Сопровождающий куда-то исчез, и Ольга Сергеевна остановилась посреди зала в полнейшей растерянности. И вдруг как гром среди ясного неба голос брата жестко сказал:

– Иди в ад!

Мгновенно Ольга Сергеевна очутилась в какой-то мрачной местности и ощутила пронизывающий холод. Вокруг не было никакой зелени, лишь абсолютно голая, безжизненная серая земля с множеством камней. Вдалеке виднелись какие-то мрачные здания с узкими оконцами и бредущие куда-то группы людей. Ее охватили ужас и паника, ведь получилось так, что родной брат ни за что, ни про что отправил ее на вечные муки. Неожиданно к ней подошли двое мужчин с худыми мрачными лицами, одетыми в одинаковые черные штаны и куртки. В руках у них были плетки.

– Ты кто, как сюда попала? – сурово спросил один из них.

– Мне брат сказал идти в ад.

– Да нам <пофиг> твой брат-шмат! Он кто такой, чтоб кого-то куда-то направлять? Где твоя карточка?

– Мне ее не дали.

– Слышь ты, чучело, а ну пошла вон отсюда! Вот когда сдохнешь по-настоящему, тогда и придешь. Давай вали, пока мы тебя в огненную яму не сбросили!

И не успев выяснить, а куда же, собственно, валить, Ольга Сергеевна вновь очутилась дома на кровати. Здесь надо заметить, что путешествуя по загробному миру, она не умирала. Была резко заторможенной, с мутным сознанием, но вполне себе живой. При поддержке мужа вставала, чтоб сходить в туалет, пила жидкость и даже понемногу ела кашу. Ощутив себя снова дома, в этом родном мире, Ольга Сергеевна не испытала никакого облегчения. Наоборот, осознав абсолютную невозможность встречи с братом, она вновь погрузилась в мрачное уныние.

Тем временем, муж Ольги Сергеевны полностью осознал, что та психически нездорова. И все-таки он тянул время и не вызывал скорую, боясь постановки жены на учет. Положение спасла его мать, которая убедившись воочию, что происходит с невесткой, настояла на немедленном вызове скорой.

При беседе с врачом Ольга Сергеевна была крайне заторможена, на вопросы отвечала односложно, с большими паузами. Но тем не менее она не сопротивлялась и даже подписала согласие на госпитализацию. Вот только причиной такой покорности было не критическое отношение к болезни, а всего лишь полнейшее отсутствие воли к протесту.

Лечение шло медленно. Никакие видения ее больше не беспокоили, но депрессия, «голоса» и враждебное отношение к мужу оставались долго. Но вот прошло три месяца и Ольга Сергеевна полностью восстановилась. Выписным диагнозом было шизоаффективное расстройство с депрессивным эпизодом. Основанием для такого диагноза послужили шизофреническая симптоматика в сочетании с аффективными нарушениями. Сюда относились псевдогаллюцинации, элементы бреда и конечно же тяжелая депрессия. А «путешествие по загробному миру» было ничем иным, как онейроидом. Это своего рода сновидения наяву, при которых человек ощущает себя одновременно и в фантастическом мире, и здесь, на бренной земле.

Вот только оставалась во всем этом одна заметная странность. Все дело в том, что больной при обманах восприятия никогда не узнает ничего принципиально нового. Его запас знаний не пополняется. Ведь в таких случаях не кто-то со стороны, а своя собственная, болезненно измененная психика производит галлюцинации. Однако в случае с Ольгой Сергеевной было не так. Ранее она никогда не интересовалась темой загробной жизни и никаких подробностей об этом не знала. Однако какую-то часть ранее неизвестной информации все же получила.

После выписки Ольга Сергеевна вышла на работу. На повторное психиатрическое освидетельствование никто ее не направлял, а срок действия уже пройденного, планового, еще не истек.