– Извините, перебью, а кем он работает?

– Сантехником в «управляшке». Ну вот, часа два назад пришел, весь перепуганный, говорит, что его прямо до квартиры «пасли», а теперь на лестничной площадке договариваются, чтоб все по-тихому было.

– Ладно, где он сейчас?

– Вон, в маленькой комнате!

Больной, в рабочей одежде, лежал на кровати и, задирая ноги, кого-то ловил.

– Здорова, Николай Иваныч! Как дела, чем занимаешься?

– Дык вон, друзья-то бегают, щекочут меня! Эх вы, засранцы этакие! – при этом он делал хватательные движения руками.

– Ну что, поймал?

– Да вот все никак…

– Ну ладно, отвлекись от друзей-то, скажи, кто мы такие?

– А я откуда знаю?

– Мы – скорая помощь. Не догадываешься, зачем мы приехали?

– Да почем я знаю?

– А ты сам-то не болен, нет?

– Нет, я уж давно не болел.

– Ну ладно, а вот ты говорил, что за тобой кто-то следит?

– Да-да! – резко напрягся он. – Вон, под окнами черная машина, она меня «пасет»!

– Сама машина «пасет» или люди в ней?

– Ну конечно люди, что вы мне тут голову-то морочите! Я же все их разговоры слышал. Они напрямую сказали, что хотят меня грохнуть!

– Так, Николай Иваныч, поедем-ка в больницу! Там хорошо, безопасно, никто никого не «пасет».

– Да ну <нафиг>!

– Ладно, ладно, только не кобенься! Сказал поехали, значит поехали!

В общем, уговорили мы Николая Иваныча. Нарисовал я ему алкогольный делирий, и поехали мы в наркологию. А по дороге он резко ухудшился: сознание стало спутанным, сидеть уже не мог, начал заваливаться. По этой причине, как только привезли, так тут же его в реанимацию забрали. Да, не устану повторять, что «белочка» – это не безобидные «глюки», а сильнейшая интоксикация, поражающая практически все органы и системы. Так что выкарабкается ли Николай Иваныч, это очень большой вопрос.

Велено следовать в сторону Центра. Ладно следуем, только не факт, что доследуем. Но нет, так и приехали.

Смотрю, кроме нас там педиатрическая бригада.

Но, они нам не конкуренты: очередности в вызовах не будет.

– Ну как, заездили вас или нет, Юрий Иваныч? – поинтересовался врач Орлов.

– Да нет, не особо, Леонид Андреич.

– А вот нас заездили капитально! Да это что же такое-то, вызывают на температуры тридцать семь с копейками! Ну какая там, нафиг, экстренная помощь? Такую температуру снижать нельзя. Ну да, горло красное, кашель и что? Данных-то за пневмонию нет. Да, я всегда предлагаю госпитализацию в инфекционный стационар, но мамы отказываются. Ведь я же не участковый педиатр, назначать лечение не имею права. Вот только им этого не объяснишь. Они же все требуют какого-то волшебного укола или пилюли!

– Да, Леонид Андреич, вы полностью правы.

Вскоре получили мы вызов: электротравма у мужчины сорока трех лет. Вызвала жена. Больной в сознании. А вот это самое замечательное. Значит, будем надеяться, все обойдется без ужастиков.

В прихожей нас встретила супруга больного:

– Ой, слушайте, как он меня напугал! Вы представляете, поддатый взялся ставить новую розетку, а отключить электричество забыл! Ну и получил по полной программе!

– Сам-то он как сейчас?

– Да вон – ходит-бродит, как ни в чем не бывало!

Тут подошел сам больной, хоть и поддатенький, но вполне себе адекватный и добродушный:

– Здравствуйте, доктора! Да у меня же все нормально! Оль, ну зачем ты людей от работы отвлекаешь?

– Ладно, ничего страшного, пойдемте в комнату, посмотрим вас.