На выходе из всего этого получался фактически артефакт, но построенный на других принципах, который своими колебаниями разрушал резонанс магических установок в «обычном» волшебном предмете.

Мага же это не касалось, поскольку его синхронизация для выдачи конструкта производилась оператором, а не являлась статичной формой. Така фигня.

Забавно, что память Михаила работала так избирательно. Про конфликт «церковной магии» с магическими батарейками он знал, а вот про мобильные доспехи — ничего. Бестолочь, что тут скажешь! Ну хоть что-то у него в мозгах осело после уроков.

К сказанному еще хотелось добавить, что о данном конфликте на стыке двух разных колдунств, должен знать любой грамотный специалист, но я решил не выделываться. Незачем на ровном месте строить из себя умника. Вполне рядовой просчет, тем более из «намоленных» предметов культа, только икона и была. Запросто можно было упустить. Особенно, в текучке. Когда у тебя на столе сразу три десятка дел.

— Черт! — выругалась Аника.

— Все верно. В группе похитителей по крайней мере один маг. Сказать насколько сильный не могу, но не ниже Подмастерья.

А вот теперь руководительница группы смотрела на меня совсем по-другому. Без скрываемого превосходства, но как на собаку, которая вдруг научилось говорить. Нет, то что я маг и просто обязан знать о такой тонкости, она понимала. Сын князя, как-никак! Но умение читать полицейские материалы и делать верные выводы — нет.

— Занятно, — тем не менее кивнула она. — Стелла, запроси-ка у экспертов информацию о тех затертых следах остаточной магии. И пусть заодно дадут объяснение, почему ничего не сказали о «намоленной» иконе. Кто заключение давал? Литвинов?

— Вроде… — протянула сексбомба, меняясь в лице. Судя по всему, это был ее залёт. Взгляд, брошенный ею на меня, тоже стал другим. Заинтересованным, но без сексуального подтекста. Типа, а мальчик-то шарит! — Сейчас займусь!

— И подними карточки одаренных домушников в системе, — вдогонку велела начальница.

— Сделаю…

Я сидел со скромным видом героя, для которого разгадать очередную загадку — обычное дело. Не без удовольствия слушая, как Стелла строит по телефону того самого Литвинова, профукавшего важную деталь. Что интересно: ругалась женщина без мата, но так изощренно строила речь, что бедняга на том конце провода явно обтекал.

— Хорошая работа, — тем временем похвалила меня Воронина. — Эта версия может дать нам совсем другого подозреваемого. Может, от тебя и будет толк.

О, тут можешь не сомневаться, красавица! От меня этого толка столько будет, что ты удержать не сможешь! Говорить этого я, понятное дело, не собирался. Да и не успел бы.

Дверь в кабинет открылась, впуская Мединскую. А я ведь даже не заметил, как эта мышка выходила. Надо же, какая невидимка! Или это я так увлекся любимой работой?

— У нас труп, — с порога сообщила девушка.

— Возможно, криминал, — на автомате выдал я ментовско-сериальный мем своего мира. Быстрее, чем успел даже подумать.

— Так себе шутка, — едко заметила начальница, бросив в мою сторону укоризненный взгляд.

— Аника, а давайте я возьму стажёра на выезд! — тут же подскочила Стелла. Никто не любит работать с картотекой. Перебирать однотипные фотографии и пытаться не сойти с ума.

— Отставить, — обломала блондинка рыжую. — То не выгонишь из кабинета, то сразу столько инициативы. Я уже сказала, что тебе делать. Личные дела, Стелла. Одаренные домушники. Когда я вернусь, твои соображения должны лежали у меня на столе.