— Смешно.

Нажав отбой, я пристроился в дорожном кармане и залез в чат, созданный нейросетью. Там уже лежал файл с именем: «KSZ_вечер01_ред». И короткое текстовое сообщение от аватарки с лицом Касуми:

«Смотри, как я могу! (^_^)»

Я хмыкнул и включил.

Начало и правда было скучноватым. Кшиштоф выходит из офиса. Сумка через плечо, походка спокойная, чуть опущенные плечи. Идёт, будто просто хочет домой. Но после отчетливой монтажной склейки — вдруг замирает. В руке появляется телефон. Подносит его к уху. Лицо меняется. Появляется тревога. Губы шевелятся, но слов нет…

Ах ты ж! Вот что значит «смотри, как я могу»! Касуми по движению губ распознала речь и наложила поверх субтитры. Красотка! Жалко, конечно, что речь только бухгалтера, но я и так получил больше, чем рассчитывал.

«Ко мне приходил полицейский. Нет. Нет. Я на это не подписывался! Стойте! Нет, я не знаю! Сегодня? В семь? Репеньская набережная? Да, знаю. Понял».

— Бухгалтер, милый мой бухгалтер! — фальшиво пропел я, никого не стесняясь. — Вот он какой, такой тупой!

И сразу же набрал Турова.

— Сашка, а ты чего сегодня вечером делаешь? Хочу пригласить тебя с девушкой на двойное свидание!

— Че? — друг детства отчетливо затупил, а беспардонно подключившаяся к линии нейросеть радостно пропищала: — Мы согласны, Миша-сан!

— Че-че? — передразнил я ломщика. — Я выдвигаюсь в район Репеньской. Сегодня следим за Здражевским!

Глава 24

«Даймлер» катил по проспекту в потоке, а я мог себе позволить редкую роскошь для мента на наружном наблюдении — чуть расслабиться. Вроде как слежка, но Касуми с этим справлялась гораздо лучше меня. Да и честно сказать — не любил я всё это «филерство».

Руль слушался, сиденье — как кресло в бизнес-классе… А, оно же и так бизнес-класса, чего это я. Молодое тело, хорошая реакция, зрение с плюсом, машина — чуть ли не разумная. Почти комфорт. Чего б так не работать?

Такси, за которым мы шли, держало курс в сторону центра города. Здражевский внутри, серьёзный, как будто на приём к прокурору собрался. Правда, до Репеньской набережной он доехать не спешил — крутился по району, петлял, разворачивался. Таксисту, видать, наплел, что от жены хочет оторваться.

— Или осторожничает, или ему вдруг понадобилось купить кефир, — пробормотал я себе под нос.

— С вероятностью семьдесят девять и три десятых процента — объект «Пшек» проверяет наличие хвоста, — тут же оживлённо проговорила Касуми в ухо.

Она уже ему и кличку придумала? Какая… самостоятельная! Впрочем, если уж машинам суждено захватить мир, пусть это будут красотки, вроде подружки моего товарища.

— Он нас спалил? — я все же непроизвольно напрягся.

— С вероятностью девяносто восемь и девять десятых — нет, — тут же отрапортовала она. — «Даймлер» попадал в его обзор меньше двух минут назад. По данным уличных камер объект визуального интереса не проявлял.

— Он мог просто не палиться. Или водитель — его знакомый.

— Диалога не было. Только при посадке, сказал, что нужно заехать на несколько адресов. Всё нормально, Миша-сан. Он нас не заметил. Уйти не сможет. Мы его прижучим и накукан…

— Касуми, — раздался в канале усталый голос Турова, — Собралась. Прямо сейчас.

— Пардоньте, — буркнула нейросеть и некоторое время проявляла себя только сухим отчетом в виде фотографий в чате. Обиделась, наверное.

Репеньская набережная, как направление только звучало понятно. По факту — иголка в бетонном лабиринте.