— Мой муж, — радостно шептала она. — Неужели ты, действительно, мой муж?

— Давно пора, не правда ли? — улыбнулся Прэстон. Только подумай, сколько бесполезно прожито лет, когда мы издалека смотрели друг на друга, не смея и мечтать о любви. И только пережитый тобой шок, когда ты увидела мое чудесное исцеление, побудил тебя броситься в мои объятия. Разве мог я об этом мечтать? Что если я не подал бы тебе повода для выражения чувств? Может быть, ты никогда не решилась бы на то восхитительное объятие и на первый поцелуй?

— Но, Прэстон, ты казался таким неприступным, — сказала она, охнув. — Мне казалось, что ты хотел остаться одиноким. Я была уверена, что ты по-прежнему тоскуешь по своей жене. Разве я могла предположить, что ты способен полюбить другую? Что ты способен полюбить меня?

— Теперь мы все выяснили и, наконец, стали мужем и женой. — Прэстон взял ее за руку и улыбнулся. — Хотя кое-чего нам не достает.

— Вот как? — спросила она, приподняв бровь. — Чего именно?

— Я не смогу на руках перенести тебя через порог нашего дома, — сказал Прэстон, дотрагиваясь до повязки. — Не смогу также любить тебя в нашу первую брачную ночь. Будешь ли ты продолжать любить меня завтра, если сегодня я не выполню своих обязанностей.

— Я всегда буду любить тебя, дорогой, что бы не произошло, — засмеялась она. Анжелита обняла его за талию и повела в спальню. — Ты же помнишь, что я даже была против того, чтобы ты вставал во время церемонии. Пойдем, я снова уложу тебя. Я пока расположусь в спальне Иден, до ее возвращения.

— Не позволю, чтобы моя жена спала где-то, а не в моей постели, — сердито проворчал Прэстон.

— Но так будет лучше. Что, если во сне я нечаянно задену твою рану?

— Ради того, чтобы ты была рядом, я согласен на все, — ответил он.

Неожиданно Анжелита рассмеялась.

— Это будет так странно и непривычно.

— Что ты имеешь в виду, любимая?

— Спать с мужчиной.

— Я рад это слышать.

— Чему рад?

— Тому, что для тебя непривычно спать с мужчиной.

— А что в этом удивительного, Прэстон?

— Теперь я точно знаю, что никогда прежде ты не спала с мужчиной.

Анжелита побледнела.

— Скажи мне, что ты сказал не то, что хотел, — обиделась она.

— У тебя было столько поклонников, Анжелита. Что я мог подумать?

— Никто из них ни разу не притронулся ко мне.

Прэстон потянулся к ней и, позабыв о ранении, заключил ее в объятия.

— Прости меня, Анжелита.

— Ты не виноват, — успокоила она его. — Я действительно давала повод для сплетен. Вела себя как глупая взбалмошная девчонка.

Прэстон нежно провел пальцем по ее щеке и поцеловал кончик носа.

— Теперь ты — моя жена, и поводов для сплетен больше не будет, — тихо сказал он. — А если кто осмелится что-нибудь о тебе сказать, будет иметь дело со мной.

— Нам будет так хорошо вдвоем, Прэстон, — проговорила она, счастливо вздохнув. Она посмотрела на него, широко раскрытыми глазами. — И как я раду, что теперь буду жить вдали от тетушки. Я наняла для нее сиделку, которая будет вместо меня заботиться о ее здоровье.

— Прекрасно, — сказал он и, направляясь к постели, крепко прижал Анжелиту к себе.