– А что, если Эмили претила сама мысль о том, что она держит пистолет» и она взяла его вот так? – Джордан двумя руками обхватил дуло пистолета и приставил его к своей голове почти параллельно, одновременно держа большие пальцы на спусковом крючке. – Если она держала пистолет таким образом и нажала на крючок большими пальцами, могла ли пуля иметь столь странную траекторию?

– Да.

– Таким образом, доктор, вы подтверждаете, что существует масса причин, которыми можно объяснить странную траекторию пули?

– Видимо, да.

– Итак, доктор Люмбано, – в довершение сказал Джордан, поворачиваясь о объятиях Криса, – в предложенных альтернативных сценариях развития событий вы видели, что руки Кристофера Харта находились на спусковом крючке?

– Нет.

Джордан отошел от Криса и вернул пистолет на стол для улик. Его пальцы на мгновение задержались на холодном металле.

– Благодарю вас, – произнес он.

Крашеная блондинка за свидетельской трибуной жадно посмотрела на банку с миндалем, стоящую перед судьей, и подняла руку. Удивленная Барри оторвалась от своих записей.

– Да?

– Я хотела спросить… Если он ест орешки, может быть, и мне разрешат жевать жвачку? Я знаю все, что вы скажете… но если курить нельзя… я немного нервничаю… от всего этого… – Она захлопала глазами, как сова. – Можно?

К удивлению всех присутствующих, судья Пакетт засмеялся.

– Возможно, мисс Дибоннало, – произнес он, – я присажу вас на орешки. – Он дал знак судебному приставу подать свидетелю банку с орехами. – Боюсь, если вы будете жевать жвачку, ваши показания будет сложно понять. Но я с радостью поделюсь с вами вот этим.

Женщина немного расслабилась, пока не поняла, что колоть орехи нечем. К этому времени Барри уже готова была допрашивать свидетельницу.

– Назовите свое имя, адрес, род занятий.

– Донна Дибоннало, – отчетливо и громко произнесла та в микрофон. – Бейнбридж, Розервуд‑вей 456. Работаю в «Золотой лихорадке».

– Что это за заведение «Золотая лихорадка»?

– Ювелирный магазин, – ответила Донна.

– Вы знали Эмили Голд?

– Да, она пришла в наш магазин, чтобы купить подарок на день рождения своему парню. Часы. Она хотела, чтобы на них была гравировка.

– Понятно. Что она хотела написать?

– Имя «Крис».

Донна покосилась на стол защиты.

– И сколько стоили часы?

– Пятьсот долларов.

– Ого! – присвистнула Барри. – Пятьсот долларов? Огромная сумма для семнадцатилетней девушки.

– Огромная сумма для любого. Но она сказала, что очень хочет сделать хороший подарок.

– Показания с чужих слов! – запротестовал Джордан.

– Поддерживается.

– Она вам сказала, зачем покупает часы? – спросила Барри.

Донна кивнула.

– Она сказала, что это часы ее парню на восемнадцатилетие.

– Она оставила особые указания?

– Да. Они записаны в квитанций. Если придется позвонить ей, чтобы уточнить что‑либо о часах, – например, когда можно их забрать, – мы должны просто попросить к телефону Эмили, ничего не говорить о ювелирном магазине и часах.

– Она объяснила, почему хочет сохранить это в тайне?

– Сказала, что готовит сюрприз.

– Опять показания с чужих слов! – воскликнул Джордан. Судья кивнул.