Потом внезапная острая боль в локтевом сгибе и резкий звук рвущегося лейкопластыря.

– Что здесь? – раздается новый голос.

И вновь отвечает женщина.

– Черт знает что! – восклицает она.

Крис чувствует, как что‑то вонзается ему в лоб. Он выгибается в воротнике и откидывается назад в ласковые, теплые руки медсестры.

– Все хорошо, Крис, – успокаивает она.

Откуда им известно, как его зовут?

– Кое‑где просвечивается череп. Позвоните рентгенологам, пусть сделают рентген шейного отдела позвоночника.

Какая‑то суета, пронзительный крик. Крис скосил глаза направо и через щель между занавесками увидел своего отца. Это больница, отец работает в больнице. Но он не в белом халате. Он в верхней одежде, даже рубашка застегнута как зря. Он стоит с родителями Эмили, пытается прорваться сквозь заслон медсестер, которые не пускают его в палату.

Крис внезапно так сильно забился на кровати» что вырвал из руки капельницу. Он взглянул прямо на Майкла Голда и попытался закричать, но не издал ни звука, лишь страх накатывал волна за волной.

– Да плевать я хотел на процедуры! – горячился Джеймс Харт.

Раздался звон упавшей капельницы, шаркающие шаги – достаточно, чтобы отвлечь внимание медсестер и дать ему возможность нырнуть за грязную занавеску. Его сын бился в фиксирующих спину ремнях и ортезе «Филадельфия», обеспечивающем фиксацию шейного отдела позвоночника. Повсюду кровь: на лице, рубашке, шее.

– Я доктор Харт, – бросил он врачу «скорой помощи», который метнулся к ним. – К черту этикет! – добавил он. Потянулся и крепко схватил руку сына. – Что происходит?

– Его доставили на «скорой» вместе с девушкой, – негромко сообщил врач. – Насколько можно судить, у него рваная черепно‑мозговая травма. Мы собирались отправить его на рентген, чтобы узнать, нет ли трещин черепа и шейного отдела позвоночника. В случае, если опасения не подтвердятся, его отправят на томограф.

Джеймс почувствовал, как Крис настолько сильно сжал его руку что обручальное кольцо впилось в кожу. «Конечно, – подумал он, – с ним все в порядке, если в руках осталась такая сила».

– Эмили… – сипло прошептал Крис. – Куда увезли Эмили?

– Джеймс! – робко окликнул его чей‑то голос.

Он обернулся и увидел Мэлани с Майклом, топчущихся в нерешительности у занавески и, без сомнения, напуганных таким количеством крови. Одному богу известно, как им удалось миновать драконш у поста дежурной.

– Как Крис?

– С ним все в порядке, – заверил Джеймс, больше пытаясь убедить себя, чем остальных присутствующих в палате. – С ним все будет в порядке.

Ординатор повесила трубку.

– Рентгенологи ждут, – сообщила она.

Врач‑реаниматор кивнул Джеймсу.

– Можете пойти с ним, – разрешил он. – Будете его успокаивать.

Джеймс, не отпуская руку сына, пошел рядом с каталкой. Санитары, проезжая мимо Голдов, начали толкать каталку чуть быстрее, и он тоже ускорил шаг.

– А что с Эмили? – вспомнил он, но так и не успел услышать ответа.

Врач, осматривавший Криса, обернулся.

– Вы мистер и миссис Голд? – спросил он.

Они одновременно шагнули вперед.

– Вы не могли бы пройти со мной?

Доктор повел их в небольшой альков за кофейным автоматом, где стояли синие диваны, обитые букле, и уродливые пластиковые столики.