Она направилась к двери, намеренно отбивая каждый шаг стуком новых сапог по полу.

Она шла впереди, он следовал на некотором расстоянии, но все же ощущал аромат розовой воды. Они проходили по лабиринту комнат со скрипучими полами, затем вниз по ступеням и к двери, где его ждал теплый плащ.

– Понятно, заранее спланированная акция, – сказал он, накидывая плащ на плечи.

– Счастливая способность к открытиям проявляется более плодотворно, если ты не дрожишь от холода, – сказала она с усмешкой.

– А если дрожишь от чего-то другого?

Ее глаза, заискрившись беззвучным смехом, смотрели на него шутливо и предостерегающе. Она надела плащ, натянула перчатки и потащила его из дома. Он непроизвольно обхватил ее за плечи своей твердой рукой, чтобы помочь спуститься по сломанным ступеням. Но они уже не были сломанными.

– Братья-каменщики починили их сегодня утром, – сказала она. – Твой рев по поводу сломанных ступеней доносился даже до деревни.

– Рев? Что-то не припоминаю, чтобы когда-нибудь ревел, мадам.

– Х-м-м. Ну значит, то были ворчливые, раздраженные жалобы?

– Нет, не ворчливые.

– А, понимаю, просто раздраженные.

Александр усмехнулся.

– Вот, значит, почему починили лестницу?

Он глубоко вдохнул бодрящий зимний воздух.

– Да, действительно! – воскликнула она, сделав вид, будто ее только что осенило. – Пожалуй, мне стоит изучить твою раздражительность получше.

– А как ты думаешь, откуда она проистекает?

Он попытался шутливо схватить ее, но она, смеясь, ускользнула от него.

– Негодник! Я не раздражительная!

– Ах нет? – с вызовом спросил он и бросил снежок, попавший ей в правое плечо, затем бросился бежать к деревьям, спасаясь от ее мести. Секундой позже он оглянулся и увидел, что Катарина бежит за ним следом, юбки ее развеваются, обутые в сапоги ноги ловко попадают в оставленные им следы. Она была сосредоточена только на том, чтобы догнать его. Чувство, охватившее его, как он и ожидал, оказалось пьянящим.

Но он жаждал большего. Если сначала ему просто хотелось уклониться от брошенного ею снежка, то теперь он, внезапно изменив направление, бросился в глубь леса.

Холодный и бодрящий воздух ночью пах как-то по-новому, он словно оцарапал ему горло. Лунный свет, просачивавшийся сквозь еще не опавшие листья, отбрасывал похожие на заводи тени. Александр нырнул под ветку, осыпав себя снежной пудрой. Спрятавшись за ствол дуба, он стал ждать, наблюдая за призрачным туманом своего дыхания и прислушиваясь к едва слышным шагам по мягкому, только что выпавшему снегу.

Затем даже этот легкий звук замер. Может, она прекратила преследование? Он прислушался внимательнее. Тишина. Он выглянул из-за дуба… и получил снежок прямо в лицо.

Взрыв смеха сопроводил эту неожиданную атаку.

– Совершенный выстрел!

Она стояла через три дерева от него, расставив ноги и подбоченясь, на лице ее играла широкая самодовольная улыбка.

– Удачный выстрел, – сказал он, вытирая лицо под музыку ее смеха.

– Удачный? Не знаю, что это такое! Умение, простое умение, – заявила она, скрестив руки на груди и вздернув подбородок, словно бросая ему вызов.

– Скорее всего, просто случайность.

– Ты так думаешь, м-м-м? – подозрительно живо спросила она.

Его пальцы, вытирающие лицо, запорошенное снегом, замерли, и он, прищурившись, посмотрел на нее. Она нагнулась, зачерпнула полную пригоршню снега и стала со знанием дела лепить снежок.

– Давай посмотрим, – предложила она.