Тут послышался стук копыт. Прямо на нас, едва успевших выйти из машины, летел всадник в шлеме. В руках у него было длинное копье с ленточкой, а в руках металлический щит с каким-то причудливым гербом.

— Аааааа!!! — орал рыцарь, подстегивая коня. — Айвэн не сдается! Принцу негоже отступать! Вы оскорбили честь и достоинство принца! Вы оскорбили достоинство короля!

Король нам, между прочим, не показывал свое достоинство, так что выводы преждевременные!

Багажник открылся, а в руке Дона висела та самая невеста, которую он молча высадил на землю. На нас со всех сторон надвигалось целое войско стражи, вооруженной до зубов.

— В атаку! — кричал старый король, восседая на красивом коне. — За честь и достоинство нашей страны!

Впервые вижу, чтобы войско собирали исключительно для того, чтобы не платить деньги!

— У меня к человечеству всего два вопроса. Люди, зачем вы так делаете? Это был первый вопрос, — мрачно заметил Дон, прикрывая меня собой. Со всех щелей сказочного замка с воинственными криками сбегались рыцари в надежде обеспечить нам сказочный конец. На зубцах стен засели лучники, целясь прямо в нас. — И второй. Идиотизм передается по наследству или приобретается в процессе короткой, но яркой на приключения, жизни?

Я прижалась к его спине, а Дон достал телефон, невозмутимо набирая чей-то номер.

— Да, через пару секунд. Платить не хотят, как тебе славный город Гаммельн. И этому скажи. У нас сегодня полная программа! Нет, ты не занят. Сколько обещали? Плачу в три раза больше, — усмехнулся Дон, прижимая телефон к уху и протягивая мне затычки для ушей.

Я отчаянно пыталась засунуть в уши затычки, глядя как Айвэн с грозным криком налетает на спокойно стоящего Дона, в надежде пронзить его копьем. Потом я видела, как Айвэн просто летит через машину, вместе с копьем, а перепуганный конь, лишившийся седока, пытается дать деру.

— Ну что ж, — усмехнулся Дон, засовывая себе в уши затычки и улыбаясь сам себе. — Свадебные конкурсы начинаются, а я буду очень глух к вашим мольбам.

Рядом с нами появился Гаммельнский крысолов, любовно протирая свою дудочку. У меня закралось подозрение, что через два часа король будет готов отдать не только полкоролевства, но и руку сына любому, кто остановит нашу свадебную программу.

Я не знаю, что заиграл крысолов, но войско остановились, как вкопанное. Ближайший к нам рыцарь почему-то вбил меч в землю, а потом стал эротично приседать, делая такие движения бедрами, что я стыдливо отвернулась. Чуть дальше изображали аргентинское танго два огромных воина, глядя друг на друга так, что потом, вероятней всего, здороваться больше не будут. Через минуту репертуар слегка поменялся. Доблестные рыцари, включай Айвэна и его генетически-одаренного предка, построились дружной шеренгой, положили друг другу руки на плечи и отбрасывали коленца. Никогда еще король не был так близок к своему народу. Шлем покинул голову Айвэна, который с круглыми глазами показывал такой кан-кан, что я увидела, как Дон медленно хлопает, посылая мрачные лучи восхищения юному дарованию. Рядом с ним брыкалась невеста, затравленно озираясь и, видимо, умоляя нас прекратить.

Внезапно мне на талию легла рука, а я увидела, как рыцари разбились по парам. Судя по лицам, некоторые плакали. Крысолов решил сделать перерыв. Я вынула затычки из ушей, глядя, как доблестное войско падает на землю, сдирает с себя доспехи и пытается отдышаться. Король лежал и смотрел в безжизненное небо своей родины, сложив руки на груди так, словно готов передать бразды правления единственному выжившему отпрыску.

— Это ловушка, — задыхался один из воинов, снимая кирасу и с грохотом бросая ее на пол.