- Нет. Все правильно, нормально. Я знаю, что делаю. Меня учили выживать в любых условиях, в пустыне, джунглях. А вас - нет.

- Вам нравится так жить?

- По другому пока не умею. Вот доведу вас, сдам врачам и буду учиться, - голос Лесс звучал глухо от усталости. Но не это раздражало Бэф - спокойствие девушки, окутанное печалью. Он явственно ощущал ее терпкий запах, с горчинкой обреченности, и злился, не понимая, как можно соединять обреченность и спокойствие?

- Вас ждут без меня, - заявил резким тоном.

- Ничего страшного. Места хватит.

- У стенки?

- О чем вы? - равнодушно посмотрела на него Алиса.

- О приказе, что вы не выполнили. Вас же за мной послали. И не с миссией спасения.

- У вас горячка.

- Если бы. Не лгите, Лесс. Скажите мне лучше, вы сами выбрали профессию солдата или кто-то помог?

- Что-то, - поджала губы Лиса.

- Да. Как всегда. Обстоятельства, выхода нет. Единственный - прыгнуть с моста.

- Отчего? Ни с какого моста я не прыгала.

- Еще предстоит.

- Вы оракул?

- Да, если хотите.

- Не хочу. перестаньте разговаривать со мной в таком тоне. Вам бы допросы вести.

- Значит, вы знаете, каким тоном ведут допросы, - тихо протянул мужчина.

- Перестаньте, Бэфросиаст, - поморщилась девушка. - У вас болит рука и грудь? Поэтому раздражены? Хотите, поставлю укол.  Ампулы еще есть.

- Благодарю, надобности нет.

- Тогда давайте устраиваться на ночлег. Если буран стихнет, придется идти без остановок и очень быстро, чтоб успеть...

- Не получится. Вы очень устали, Лесс. Голодны. Я не настолько окреп, чтоб помочь вам.

- Хотя бы не мешайте.

- Вы упрямы настолько, что мне трудно подобрать сравнение, - качнул головой Бэф и принялся вновь развязывать путы. Лесс хмыкнула - и кто бы говорил про упрямство. Да, пусть его. Все равно нужно снять повязку, посмотреть раны, растереть графа спиртом. Иначе к утру опять напугает ее окостеневшей конечностью.

Девушка встала и пошла к Бэфросиасту, помогать. Сняв все тряпье, Лиса внимательно оглядела повреждения и удовлетворенно улыбнулась. Отек спал, и покореженная грудь не устрашала. Деформация стала не так заметна, как на руке. И мышцы, вернувшиеся в нормальное состояние, привлекали взгляд.

- У вас явно сломана ключица, предплечье и запястье. Про ребра молчу, - качнула головой, стряхивая наваждение. Достала фляжку со спиртом и, открутив крышку, налила немного на грудь. Принялась растирать, очень ласково, осторожно, любуясь красивым телом, нежной кожей. - А вы в прекрасной форме, граф. Тренажерные залы, класс фехтования?

- А вы дрожите.

- Что? - очнулась девушка, уставилась на мужчину. Зрачки Бэфросиаста завораживали. В груди Лесс дрогнуло: почему она собственно должна мерзнуть, когда рядом такой мужчина? Дрожать от холода, а не от страсти? Ну, уж увольте. Хватит минуэтов, пора, наконец, согреться и нормально поспать.

Лиса принялась раздеваться, мысленно умоляя графа молчать.

Тот действительно не произнес и слова. Молча следил за ней взглядом и спросил лишь, когда Лесс легла рядом и принялась ласково освобождать его тело от одежды:

- Ты действительно этого хочешь?

Алиса закатила глаза к навесу над головой: и он еще спрашивает!

- Да, очень. Можно без поцелуев. И, пожалуйста, не задавайте больше вопросов.

- Хорошо, если ты ответишь на последний, главный: ты знаешь, кто я?

Лесс вздохнула и посмотрела ему в глаза:

- Какая разница кто ты, кто я? Здесь. Сейчас, - прошептала тихо. - Сколько людей, столько версий. Каждый думает о другом то, что ему хочется, нравится. Но разве от этого страдает истина? Кем бы ты ни был там, за гранью снегов и горных кряжей, здесь ты мой любимый. Я хочу тебя.

Алиса и сама не знала, сказала ли она правду или солгала. Но граф поверил и больше не задавал вопросов.