Впрочем, сам Гордон Кэмпбел наверняка будет рад возможности аннулировать брак, подумала она. Если он вообще сможет припомнить, что где-то у него есть жена. За все эти годы маркиз Инверэри ни разу не

прислал ей даже какой-нибудь весточки. Покинув замок Данридж сразу после их свадьбы, он словно канул в небытие.

Отогнав эти тягостные мысли, Роберта улыбнулась про себя. Она достигла того, к чему стремилась с детства. Как и ее мать, она была теперь настоящей английской леди. Найдя счастье в Англии, она решила никогда больше не возвращаться в Хайленд.

Она вытащила из кармана левую руку и посмотрела на родимое пятно, формой напоминающее диковинный цветок. Потом погладила его. Пальцы не ощутили никакой разницы с окружающей его кожей. Но это пятно принесло ей в жизни немало неприятностей. Удивительно, что такое невинное с виду пятнышко может создать так много проблем.

– Роб!

Она обернулась на голос и тут же вскочила со скамьи с радостным криком:

– Изабель!

Лодочник помог изящной блондинке сойти на берег, и молодые женщины бросились в объятия друг друга. Невесть откуда появившийся лакей графа подхватил багаж приезжей и понес его к дому.

– Я так скучала по тебе! – воскликнула Роб.

– А я скучала еще больше, – с улыбкой сказала Изабель.

– Сегодня такой теплый день, давай посидим в саду и поболтаем, – предложила Роберта, пряча левую руку в карман. – Или ты предпочитаешь сначала отдохнуть?

– Я слишком взволнована, чтобы отдыхать, – сказала Изабель. И вдруг приказала: – А ну-ка, вынь руку из кармана.

– Но…

– Делай, что говорю.

Когда Роб неохотно сделала то, что было велено, Изабель взяла ее левую руку в свои. Бок о бок девушки направились к каменной скамье.

Смущенная тем, что подруга разглядывает ее родимое пятно, Роб неловко села рядом с ней на скамью. Ее так и подмывало выдернуть свою руку и спрятать, но она боялась обидеть подругу.

Изабель обвела пальцем шестилепестковый цветок.

– Какая необычная, загадочная и в то же время красивая родинка, – прошептала она и, подняв глаза, улыбнулась.

Тронутая ее ласковым жестом и этими словами, Роберта посмотрела на цветок удивленно. Неужели она не видит в нем знака дьявола? Неужели суеверия нисколько не властны над ней?

– Я так рада, что мы подружились, – сказала Изабель.

Слезы показались на глазах у Роберты.

– У меня… у меня никогда не было подруги, пока я не встретила тебя, – призналась она.

– И у меня, – кивнула Изабель. – Ты моя единственная настоящая подруга, единственная, с кем мне хорошо.

– Но у тебя есть сестры.

– Сводные сестры, – поправила Изабель. – Они никогда не считали меня своей настоящей сестрой.

– Они просто ревнуют, – возразила Роб, стараясь утешить подругу. – Ты очень хороша собой, а Лобелия и Руфь так некрасивы, что ими можно пугать маленьких детей.

– Нехорошо так злословить, – с лукавой улыбкой сказала Изабель. – Они просто не очень симпатичны.

– И ты еще защищаешь их! – воскликнула Роб. – Они обращаются с тобой как с прислугой. Да и твоя мачеха ничем не лучше.

Изабель пожала плечами.

– Это моя семья. Дельфиния, Лобелия и Руфь – единственные мои родственники после смерти папы.