Он отцепился от потолка и улетел куда-то во тьму пещер, недосягаемую для света фонарей. Остальные Ком Жа последовали за ним. Через минуту с людьми остались только Птенец Ветров и трое охотников Ком Жа.

— Кажется, сработало, — прокомментировала Мара.

— Воистину, — ухмыльнулся Люк. — Беру назад все.

— Что берешь? — не поняла она.

— Свои сомнения, — пояснил он. — Ты была великолепна. Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться?

— Я готова, — ответила она, еще разок критически оглядев Скайуокера. — Но мне-то, положим, последние две недели делать было решительно нечего, кроме как отсыпаться и считать каменюки. А вот в достаточной ли ты форме для дальнего перехода, или тебе все же стоит сперва пару-другую часиков поспать?

За Скайуокера с жаром высказался дроид, которого никто не спрашивал.

— Похоже, Р2 голосует за привал, — улыбнулся Люк; улыбка исчезла с его лица. — Но нет. Думаю, лучше не откладывать. Помнишь, что сказал радетель — путь нам предстоит долгий.

— А у тебя масса дел кроме как болтаться здесь, — проговорила Мара, ощутив новый укол совести.

— Я этого не говорил, — мягко сказал Люк.

— Что вовсе не означает, что это неправда, — проворчала Мара. — Слушай, если тебе надо спешить, думаю, мы с Ком Жасами…

— Нет, — поспешно перебил он.

Слишком поспешно и, пожалуй, чересчур резко.

— Тебя кто-то допекает — там, в большом мире? — спросила Мара, пристально разглядывая Скайуокера.

Но странное выражение, мелькнувшее у него на лице, уже исчезло.

— Мне нужно быть здесь, — тихо сказал он. — Не спрашивай, почему.

Несколько мгновений они играли в гляделки. Мара попыталась прощупать его Силой, но чувства Люка сказали ей не больше, чем его лицо.

— Ладно, — согласилась она. — Погоди, я только возьму рюкзак. Сомневаюсь, что Каррде снабдил тебя запасным фонарем.

— На самом деле он упаковал тут целых три штуки, — заявил Люк и полез в свой рюкзак. — О, еще надо наполнить фляжки, прежде чем мы выдвинемся отсюда. Ты сказала, тут где-то есть вода?

— Вон там, — Мара махнула рукой в сторону ручья и опустилась на корточки рядом со своим вещмешком. — Погоди, я покажу.

Нет, не стоит его расспрашивать, решила она, пока возилась с застежками. Не сейчас. Но нужно будет обязательно придумать, как вернуться к этой теме позже.

Потому что, что бы это ни было, оно сильно беспокоило Люка. А все, что всерьез беспокоит джедая, заслуживает самого пристального внимания.

— Он прекрасен, — искренне заверила его Лейя, разглядывая бело-голубую планету.

Каникулы. Наконец-то настоящие каникулы. Никакого Корусканта. Никакой политики. Никакого каамасского вопроса. Никаких древних междоусобиц и тлеющих горячих точек, готовых вспыхнуть в любую минуту. И даже никаких проказливых детей, болтливых дроидов и бдительных ногри не будет путаться под ногами. Только они с Хэном. Вдвоем. Среди тишины и покоя.

— Леса и фермы, говоришь? — почти промурлыкала она.

— И ничего кроме, — пообещал Хэн. — И мы вдоволь наедимся и того, и другого. Пока ты была на заключительной церемонии, со мной связался Сакхисакх и передал, что они отыскали чудную маленькую гостиницу, как раз на опушке леса.

— Чудесно, — мечтательно протянула Лейя. — Тебе, небось, снова пришлось выслушать протесты по поводу того, что им с Баркхимкхом придется ждать нас в космопорте?

— О да, они по-прежнему очень недовольны, что им пришлось оставить нас одних, — безмятежно пожал плечами Хэн.