|
– Я тебя в хорошие люди везу. – По мне, они не хорошие. s295 – Что ж, Маркушка хорош? – Да, он мне нравятся. Живой, свободный ум, самостоятельная воля, юмор… – Да ну его! – с досадой прибавила она, – едешь, что ли, со мной к Мамыкину? – Это еще что за Мамыкин? – А откупщик, у которого дочь невеста, – вмешалась Марфенька. – Поезжайте, братец: на той неделе у них большой вечер, будут звать нас, – тише прибавила она, – бабушка не поедет, нам без нее нельзя, а с вами пустят… – Сделай бабушке удовольствие, поезжай! – прибавила Татьяна Марковна. – А вы сделайте мне удовольствие, не зовите меня. – Чудный, необыкновенный человек! Я ему сделай удовольствие, а он мне нет. – Ведь под этим удовольствием кроется замысел женить меня – так ли? – Ну, хоть бы и так: что же за беда; – я ведь счастья тебе хочу! – Почему вы знаете, что для меня счастье – жениться на дочери какого-то Мамыкина? – Она красавица, воспитана в самом дорогом пансионе в Москве. Одних брильянтов тысяч на восемьдесят… Тебе полезно жениться… Взял бы богатое приданое, зажил бы большим домом, у тебя бы весь город бывал, все бы раболепствовали перед тобой, поддержал бы свой род, связи… И в Петербурге не ударил бы себя в грязь… – мечтала почти про себя бабушка. – А вот я и не хочу раболепства – это гадость! Бабушка! я думал, вы любите меня – пожелаете чего-нибудь получше, по-разумнее… – Чего тебе: рожна, что ли, в самом деле? Я тебе добра желаю, а ты… – Хорошо добро: ни с того ни с сего взять чужие деньги, бриллианты, да еще какую-нибудь Голендуху Парамоновну, в придачу! – Нет, не Голевдуху, а богатую и хорошенькую невесту! Вот что, необыкновенный человек! – Толкать человека жениться, на ком не знаешь, на ком не хочешь: необыкновенная женщина! – Ну, Борюшка: не думала я, что из тебя такое чудище выйдет! – Да не я, бабушка, а вы чудище… – Ах! – почти в ужасе закричала Марфенька, – как это вы смеете так называть бабушку! s296 – А она меня так назвала. – Она постарше вас, она вам бабушка! – А что, бабушка, – вдруг обратился он к ней, – если б я стал уговаривать вас выйти замуж? – Марфенька! перекрести его: ты там поближе сидишь, – заметила бабушка сердито. Марфенька засмеялась. – Право… – шутил Райский. – Ты буфонишь, а я дело тебе говорила, добра хотела. – И я добра вам хочу. Вот находят на вас такие минуты, что вы скучаете, ропщете; иногда я подкарауливал и слезы. Век свой одна, не с кем слова перемолвить, – жалуетесь вы, – внучки разбегутся, маюсь, маюсь весь свой век – хоть бы бог прибрал меня! Выйдут девочки замуж, останусь как перста и т. д. А тут бы подле вас сидел почтенный человек, целовал бы у вас руки, вместо вас ходил бы по полям, под руку водил бы в сад, в пикет с вами играл бы… Право, бабушка, что бы вам… – Полно, Борис Павлович, вздор молоть, – печально, со вздохом сказала бабушка. – Ты мо-ложе был поумнее, вздору не молол. Она через очки посмотрела на него. – А Тит Никоныч так и увивается около вас, чуть на вас не молится – всегда у ваших ног! Только подайте знак – и он будет счастливейший смертный! Марфенька не унималась от смеху. Бабушка немного покраснела. – Вот как: и жениха нашел! – сказала она небрежно. – Что ж, – продолжал шутить Райский, – вы живете домком, у вас водятся деньжонки, а он бездомный… вот бы и кстати… – Так это за то, что у меня деньжонки водятся да дом есть, и надо замуж выходить: бога-дельня, что ли, ему достался мой дом? И дом не мой, а твой. |
