— Не уверен, но все равно мне не хотелось бы навлекать на вас опасность. Мои враги безлики и безымянны. Они могут быть везде, они могут оказаться кем угодно.

Мэллори ощутила, как болезненно сжимается ее сердце, чувствуя разлуку.

— Мы еще увидимся?

Не говоря ни слова, Майкл притянул девушку к себе и прижался к ее губам. Мэллори перестала дышать. Резко отстранившись, Майкл долгим взглядом посмотрел в ее глаза.

— Я уверен, что мы еще встретимся, мой ангел.

И прежде, чем она успела ответить, он вышел из сада и растворился в темноте. В первый момент ей захотелось окликнуть его, но затем она просто закрыла калитку.

Прислонившись спиной к ограде, девушка долго стояла с бьющимся сердцем. А потом, сама не зная почему, заплакала.

13

Единственной новостью, которую узнал Майкл, снова придя в консульство, было то, что консул до сих пор не вернулся из Англии. Майклу вновь пришлось иметь дело с Абрамсом, и он ушел, взбешенный некомпетентностью этого человека и раздумывая, к кому бы обратиться за помощью.

Вернувшись к себе, он еще раз просмотрел письма и документы отца, но не нашел никаких подсказок тому, куда и с кем отправился герцог. Майкл находился в растерянности и не знал, что делать дальше.

— Прости, мама, — сказал он, сев на постель и обхватив голову руками. — Ты верила в меня, а я тебя подвел.

В дверь неожиданно постучали, и Майкл рывком отворил ее. Увидев мужчину в свободной черной одежде и с повязкой на глазу, он обрушил на него весь свой гнев:

— Какого черта вам надо?

— Эффенди, я пришел к вам как друг.

— У меня нет друзей в этой проклятой стране.

— Вы ошибаетесь, эффенди. Мой господин приглашает вас в свой лагерь. Он велел мне пригласить вас поужинать с ним и с вашим отцом.

Майкл схватил незнакомца за одежду и рванул к себе.

— Ты принимаешь меня за дурака? Если бы мой отец был с твоим господином, он написал бы мне или приехал сам.

— Он не мог приехать, эффенди. Он заболел пустынной лихорадкой — перегрелся на солнце. Сейчас он едва может сидеть. Так вы поедете?

Майкл подозрительно оглядел пришельца.

— Из какого ты племени?

— Я принадлежу к племени муталиб, эффенди.

— Мне мало что известно о ваших племенах, живущих в пустыне, но, насколько я знаю, «эффенди» — это турецкое обращение, выражающее уважение, не так ли?

Незнакомец закатил свой единственный глаз.

— Вы очень проницательны, эффенди. Моя мать была турчанкой, и именно у нее я перенял много турецких слов и привычек.

— Как выглядит мой отец?

— Он похож на вас, эффенди, только старше. И вы с ним одного роста.

Майкл еще крепче ухватил человека за ворот.

— Какого цвета у него глаза?

— Не такие, как у вас, эффенди. У него глаза темные, эффенди. Темные, как у араба.

Майкл отпустил посланца, боясь даже надеяться. Вот она, та самая возможность, которую он ждал.

— Когда мы можем выехать?

— Немедленно, эффенди. У меня с собой все необходимые припасы и лошадь для вас. Майкл кивнул.

— Сколько дней добираться до лагеря твоего хозяина?

— Шесть дней, не больше, эффенди.

— В таком случае поехали.

Одноглазый осклабился и взмахнул рукой.

— Все готово, эффенди. Следуйте за мной.

Три дня Майкл и четверо сопровождавших его ехали по пустыне. Обжигающий песок, вздымаемый ветром, хлестал его по лицу, солнце опаляло кожу.