Это была новая игра. Не интересная. Тупая и грубая. Но я не могла остановиться. Дан злился, иногда ругался, но быстро затухал, признавая, что на него слишком много всего навалилось сейчас. Даже умудрялся извиняться за свою занятость и плотное расписание, в которое я никак не могла протиснуться. В такие моменты я хотела наплевать на все и обсудить с ним на чистоту, но не по телефону же такие разговоры заводить. Едва он вешал трубку, обещая скорую встречу, на меня накатывала злая тоска. Я скучала по нему. Очень-очень. В такие моменты мне было плевать, пусть он спит хоть со всем отделом кадров, Палной и Полиной в придачу, лишь бы увидеться, обнять его.

Сердце ныло, а мозги диагностировали, что этот недуг ведет меня в новый ад, где я опять буду любить мужчину, который принадлежит не только мне. Я убирала телефон и запрещала себе звонить-писать, думать о нем. Снова ждала Милкиной отлучки, чтобы устроить Дану очередную проверку на вшивость. В один из таких тяжелых дней, я проходила мимо магазина мужской одежды. Сама себя не помня, зашла, а вышла с покупкой. Галстук для Дана. Я же перепачкала тот красивый маслом и какао.

Среди недели Милка сообщила мне с самого утра, что дома не появится. Как дурной зомби я тут же написала Дане, который последнее время пропадал то на объектах, то в Москве. Была уверена, что он откажет, но Ерохин неожиданно согласился. Вернее, почти согласился.

— Скорее всего, буду ночевать сегодня в офисе, Лен, но чертовски соскучился. Давай созвонимся ближе к вечеру.

— Давай, — ответила я, — Тоже скучаю, Дань.

Он отключился, сославшись на занятость, не объяснив ничего толком. Так уже было пару раз. К вечеру выяснялось, то он будет занят чуть ли не до ночи. Или срочная командировка. В общем, я не питала иллюзий. Вечером его мобильный был вне зоны. Я успокоила себя, как могла, купив по дороге бутылку и вина и мяса, которое на скорую руку приготовила, зажарив медальоны со специями. Под красное бордо было почти деликатесно. Я уняла свои терзания. В нетрезвую голову пришло желание соблазнить Ерохина в его кабинете. Как раз тот пресловутый проект с кривой автоматикой близился к завершению, и мне скоро нужно будет относить разделы на подпись. Вот там я его и соблазню, а потом брошу. Да! Отличная идея.

Вероятность того, что проект предложат оставить для подписи у Палны, а потом забрать, я не учитывала. Уверена, мне повезет.

Пока я строила свои коварные планы и цедила вино, раздался звонок.

— Я свободен. Тебя из дома забирать или как? — спросил Дан, едва я сняла трубку.

Я ушам своим не поверила. Еще и восьми нет. Это называется ночевать в офисе? А Мила? А я? А вообще!

— Приезжай ко мне сам, — выпалила я, чтобы уж совсем сбить его с толку.

— Ммм, — замялся Ерохин, — А подружка твоя?

— Ее не будет до завтра.

— Ладно, — согласился он очень быстро, — Скоро буду.

Психуя изо всех сил, сбросила его вызов и набрала Милку.

— Да, Лен. Быстро давай. У нас тут продовольственный кризис.

— А ты где? — нагло выдала я, хотя у нас не принято было так в лоб спрашивать. Сама же ввела ограничения и права на приватность личной жизни.

— У родителей я. Учу маму готовить утку пекинскую, чтоб они обе были здоровы.

— А, — открыла я рот, — То есть, сегодня не ждать?

— Нет, конечно. Я же сказала, что сама завтра на работу доберусь. Ты чего, Лен?

— Забыла, прости. Что-то совсем из головы вылетело.

— Бывает, — буркнула Мила, — Пока тогда?

— Пока.

Я посмотрела на замолчавший телефон, и поняла, что нужно срочно придумать… нечто.