— Потому что, — прошептала я, схватив его за рубашку, потянула к себе, чтобы поцеловать.

Дан подался вперед, приобнял меня, несколько раз ласково коснулся моих губ своими, игнорируя мои попытки сделать поцелуй страстным и глубоким.

— Лен, — позвал он, отстраняясь.

Не желая ничего слушать, я запрыгнула на него верхом, положила ладони на шершавые щеки, чтобы он не смог уклониться, стала целовать. Но он все равно бормотал мне в губы:

— Лен… малыш, я так устал… И голодный. Есть чего пожевать у тебя?

Я отпрянула.

— Ты шутишь?

Нет, правда, он прикалывается. Я тут вся такая доступная и потрясающая. Бери и не в чем себе не отказывай. А он голодный. ГОЛОДНЫЙ! Черт меня дери.

Дан помотал головой, давая понять, что он серьезен, как никогда, и сделал жалостливые глаза. Я тут же спрыгнула с него.

— На кухне мясо, — буркнула сердито, но стараясь держать лицо.

— Класс, — оцени Ерохин и потопал туда, где было мясо.

Я сняла и бросила проклятый галстук на кровать, накинула халат и пошла следом.

— Есть рис с овощами и тушеный картофель, — огласила я все, что осталось в холодильнике.

— Рис, если можно, — улыбнулся Дан, чуть наклоняя бутылку, которая стояла на столе, чтобы оценить, сколько выпито.

— Третий бокал был лишним, — хохотнул он.

Я не поняла юмора, но предложила:

— Ты хочешь?

— Разве что каплю.

Пока я доставала второй бокал, он уже вылил остатки вина в мой и пригубил. Причмокнув Дан одобрительно скривил губы.

— Вкусно.

Микроволновка звякнула, оповещая о подогреве, и я поставила перед боссом тарелку. Садиться почему-то не хотелось, чувствовала себя полной дурой. Слова не шли на язык, поэтому я молча стояла над душой, смотрела, как Дан есть. Сначала он расправился с мясом, сделал еще глоток вина, только потом приступил к гарниру.

Поймав мой взгляд, Ерохин вопросительно дернул бровями, заставляя смутиться еще сильнее. Мне не было стыдно за перфоманс с галстуком, скорее обидно и неуютно. В собственном доме я умудрилась слить такую красивую игру. Даже не слить — я банально проиграла. Оставалось уповать, что еще не вечер.

— Чай? — просила я, видя, как Дан доедает.

— Да, спасибо.

— Это неправильный ответ, — начала я выходить из себя.

— А какой правильный?

Снова весело ему, а мне хоть вой.

— Нет, не хочу. Пошли в спальню, — выдала я, ни капли не скрывая своего настроя. Что тут уже скрывать? Надо хотя бы попытаться гнуть свое до победного.

Но чайник я все же поставила.

Даня поймал меня за руку, притянул себе на колени.

— Твоя соседка скоро вернется? — спросил он.

— Нет. До завтра ее не будет. До вечера, — уточнила я, без стыда, намекая, что можно остаться у меня на ночь.

— Тогда куда ты спешишь, малыш? — прошептал Дан, прижимая губы к моей шее и играя пояском халата. — Если боишься, что она вернется, поехали ко мне.

— Не боюсь, — выдала я смело, — Но хочу остаться дома.

— Что на тебя нашло сегодня? — он опять улыбался, доводя меня до белого каления.

— Хотела подарить тебе галстук.

— Оригинальный способ выбрала.

— Да. А ты все испортил.

— Прости, но ты была такая забавная и смешная.

Забавная и смешная? Нет, он сегодня точно вырабатывает какой-то неведомый лимит по глупым шуткам.