|
Его разбудил веселый голос Уилла, громко рассказывающего об их набеге на Макферсонов, в котором, кроме них с Робом, участвовали еще младший брат Роба Тристан и Коннор Грант. Роб поморщился — по его мнению, этот рассказ не предназначался для ушей молодой леди… и уж тем более будущей монахини. Ему вдруг вспомнилось, как он вчера расстроился, узнав, что девушка, которую он спас из огня, сирота, отданная на воспитание в аббатство, а вовсе не дочь какого-то богатого и знатного английского милорда. Неужели она и правда послушница. Чтобы такая девушка — и посвятила себя Господу?!
Если так, похоже, заслушавшись Уилла, она напрочь забыла об этом, решил Роб. Что-то непохоже, чтобы его шуточки смущали ее, во всяком случае, он ничего такого не заметил. Роб покосился на нее. По-приятельски сидя между Уиллом и Колином, она беззаботно наслаждалась ягодами, которые им удалось набрать накануне вечером. — Нам уже почти удалось удрать оттуда, прихватив с собой полдюжины коров, когда Тристан вдруг заметил Бриджид Макферсон и шесть ее дочерей. Представляете, они утром ходили купаться и как раз брели по тропинке к дому! Финн заулыбался во весь рот. Колин вполголоса выругался — оба явно пытались сообразить, что было дальше. Впрочем, похоже, мнения на этот счет расходились. — Сильно подозреваю, — как ни в чем не бывало продолжал Уилл, — что Макферсоновы девки с первого взгляда узнали отцовских коров, но, прах меня побери, Тристан тоже не дремал. Вы, парни, знаете, как он умеет морочить девушкам голову, верно? Рассыпается мелким бесом, пока бедняжка не сомлеет до такой степени, что себя не помнит! — Угу, — с благоговением в голосе подтвердил Финн. — Руку даю на отсечение, что перед улыбкой Триса не устоит даже любовница самого короля! — Это верно! — расхохотался Уилл. — Вот и девчонки Макферсона тоже того… не устояли. Да ладно бы одни девчонки, что с них взять? Клянусь своим мечом, я и глазом не успел моргнуть, как Бриджид сорвала с себя… Роб выразительно кашлянул. Поднявшись на ноги, он бросил на Уилла предостерегающий взгляд, от которого тот мгновенно поперхнулся. Роб хорошо помнил тот день — его беспечность тогда едва не стоила жизни ему самому и его спутникам. Рисковать ради нескольких часов удовольствия… непростительная глупость! Правда, набег прошел удачно, но Роб до сих пор стыдился вспоминать об этом. В ответ Уилл широко ухмыльнулся, пожелал Робу доброго утра, после чего, повернувшись к нетерпеливым слушателям, снова вернулся к рассказу: — Мы все… — Довольно, Уилл, — жестко перебил Роб. Ему совсем не хотелось, чтобы Давина услышала, что было дальше. Впрочем, он мог бы не беспокоиться на этот счет — она уже не слушала. Взгляд ее был прикован к Робу. На мгновение в глазах ее мелькнул испуг, Робу даже показалось, что она перестала дышать. Напомнив себе, что юной послушнице вряд ли доводилось видеть расхаживающих по аббатству полуголых мужчин, Роб поспешно набросил на плечи плед, чтобы прикрыть обнаженную грудь, стянутую повязкой, которую накануне наложила Давина. Заморгав, она подняла голову чуть выше, встретилась с ним глазами, и Роб заметил, как ее лицо залилось краской. — Как себя чувствует ваша рука? — запинаясь, спросила она. — Лучше. — Я молилась за вас вчера вечером. — Что ж… спасибо. Внезапно ему захотелось улыбнуться. Дьявольщина, сколько раз его так и подмывало это сделать, особенно вчера! Роб слегка смутился, припомнив, как его губы сами собой растягивались в улыбке, когда он ловил на себе ее взгляд. Накануне вечером он долго лежал без сна, гадая, что же в ней такого особенного, что при одном только взгляде на нее все его хваленое самообладание тает, словно снег на солнце. |
