— Так лучше, — сказал рыцарь.

Женщина рассмеялась.

— Лучше? Вы очень добры — либо слепы на оба глаза.

— Я имел в виду другое. Вам не стоит прятать свое лицо. Особенно здесь. Миникин сказала мне, что Нечеловеки не осуждают друг друга.

— Я прячу лицо скорее от самой себя. Не могу смотреть на него. Никогда не могла.

— Это был пожар?

Она кивнула. Отвела прекрасные зеленые глаза.

— Когда я была совсем юной, в доме, где я жила, начался пожар. Отец и мать погибли. Я же смогла спастись. Когда выскочила на улицу, одежда на мне горела. И пока мне не помогли ее потушить… — она пожала плечами и коснулась изуродованной щеки. — … произошло вот это.

— Какая ужасная история. Мне очень жаль вас.

Женщина подарила ему улыбку признательности.

— Когда все случилось, мне было всего двенадцать. Вначале я думала, что все наладится, что у меня вырастет новая кожа, когда я стану старше. Все вокруг утешали меня подобным образом. Но, разумеется, я выросла и осталась такой же, и теперь мне приходится жить с этой болью.

— Как же вы попали в Гримхольд?

— Как и все. Миникин нашла меня около двух лет назад. Я была отщепенкой, сэр Лукьен. У меня не было семьи и, конечно, не было мужа. Как вы думаете, каким образом может мужчина реагировать на такую женщину, как я?

— Мне кажется, я понимаю, — проговорил Лукьен. Внезапно ему стало неловко и самому захотелось закутаться в плащ. Собеседница моментально прочла его мысли.

— Нет ничего постыдного в том, чтобы быть мужчиной, сэр Лукьен. Вы еще добрее прочих. Ни один мужчина не захочет жениться на чудовище.

— Постойте-ка. По-моему, это слово здесь не в ходу. И вы не чудовище. Мне не хотелось бы, чтобы вы так себя называли. По крайней мере, не в моем присутствии, — он говорил все это, не отводя глаз и с удивлением понял: ему несложно смотреть на нее, — вы еще не назвали своего имени.

— Мериел меня зовут, — сообщила она.

— Мериел, и ничего больше? Я думал, у всех Нечеловеков есть особые имена.

— Я никогда не хотела иметь такое имя. И не желала становиться Нечеловеком, так что Миникин не заставила меня взять себе особое имя. Перед тем, как я попала сюда, люди называли меня ужасными кличками, сэр Лукьен. Не хотелось бы снова слышать оскорбления. Я не настолько сильна, чтобы вынести все это.

— Тогда я с радостью стану звать вас Мериел. Но вы ведь Нечеловек. Я видел, как вы обращались с огнем.

— Да, — ответила Мериел, глядя прямо на тлеющие угли. — Огонь — мое проклятие.

— Вы хотите сказать — ваш дар?

— Я имею в виду то, что говорю — огонь мое проклятие. Он — часть моего тела. Он внутри моей кожи. Все эти годы я живу с этой болью. У меня есть Акари, который помогает с ней справиться, но… — она сделала паузу и подняла глаза. — Вы ведь знаете об Акари, да?

— Да. Миникин рассказала мне. Ваш дух Акари помогает вам.

— Верно. Если бы не он, вся моя жизнь стала бы сплошной пыткой. Я благодарна Сарлвариану за помощь, но с радостью отдала бы свои способности взамен нормальной кожи. Вот почему это проклятие, сэр.

— Вы можете управлять огнем? — спросил Лукьен.