Перед ним находились воинские доспехи великолепного вида, не тронутые временем. Они сияли собственным светом, как будто были изготовлены из солнечной материи. Доспехи были установлены на небольшом постаменте и казалось, надеты на тело невидимого рыцаря. Даже шлем висел в воздухе, словно на невидимой голове: он был рогатый, с маской, повторявшей очертания лица, соединенной со шлемом звеньями цепи черного металла. Нагрудная пластина сверкала, словно зеркало, плечи усеивали острые шипы. Наколенники и металлические сапоги образовывали ноги невидимого воина; налокотники и латные рукавицы — руки. Доспехи как будто жили собственной жизнью, и источаемый свет доказывал это. Лукьен не мог оторвать взгляда, зачарованный мрачным великолепием. Он привык гордиться собственными бронзовыми доспехами, принесшими ему столько славы в бою. Но они были просто жалкой пародией на замечательный латный костюм, находившийся в этой комнате. Рыцарь сделал шаг вперед, едва дыша от волнения. Рука какого-то искусного мастера выковала эти латы, и теперь они стоят здесь, и ни битвы, ни годы не причинили им ущерба. Внутренний голос нашептывал предупреждения, сигналил о какой-то тайне, связанной с загадочными доспехами. Поэтому Лукьен опасался приблизиться, глядя, как зачарованный. Он не знал, сколько времени провел там, совершенно забыв о цели своего посещения оружейных подвалов. И тут вдруг услышал, как кто-то зовет его по имени. Голос вывел его из ступора; он обернулся, и как раз вовремя, чтобы встретиться взглядом с Миникин. Улыбка мгновенно исчезла с лица маленькой леди.

— Что вы здесь делаете? — спросила она. — Вам не стоило заходить туда, Лукьен.

— Но эти доспехи… — Лукьен указал на сверкающий костюм. — Никогда не видел ничего подобного!

— Да, и не могли видеть, я в этом уверена. А теперь — пойдемте отсюда.

Но Лукьен не в силах был покинуть помещение. Он оставался подле удивительных доспехов, пока Миникин не явилась за ним сама.

— Они прекрасны, — шептал он. — И, взгляните, на них ни царапинки. Они — само совершеноство.

— Хм, пожалуй, не настолько совершенны, как вам кажется, — вздохнула Миникин. — Это Доспехи Дьявола, Лукьен.

Лукьен резко обернулся.

— Доспехи Дьявола?

— Так их называют. И такое название как раз подходящее.

— Не понимаю.

— Пойдемте отсюда, и я все объясню.

Лукьен покачал головой.

— Нет, я хочу смотреть на них. Никогда не встречался с подобными изделиями! Что же это за металл?

Он уже едва не дотронулся до доспехов, но Миникин живо схватила его за руку.

— Не смейте, — приказала она. Что было силы женщина тянула его прочь. — Нельзя прикасаться к Доспехам Дьявола.

— Извините, — сконфуженно пробормотал Лукьен. — Я никому не хотел причинить вреда. Просто пришел посмотреть, какое здесь есть оружие. Из-под двери пробивался свет. И тогда я обнаружил… вот это.

— Но как вы сюда попали? Ведь дверь была заперта.

— Нет. Она оказалась открытой.

Лицо Миникин потемнело. Она выглядела рассерженной, но и немного испуганной.

— Открытой? Это правда? Так это не вы отперли ее?

— Зачем бы мне делать такое? Говорю же вам, здесь было открыто!

Миникин сделала легкую гримасу:

— Я верю вам.