В антракте Тони де Пальма появился за кулисами в обществе двух солидных парижских предпринимателей.

— Дорогая, мы восхищены! — воскликнул он, целуя Дженнифер.

Лицо Тони светилось от радости и гордости за жену.

— Поздравляю! Невероятный успех!

Шерон Макьюэлл бурно обсуждала с сопродюсерами удачную премьеру, восклицая:

— Всем критикам понравилось! Они оценили наши усилия, и я по их лицам уже вижу: хвалебные рецензии нам обеспечены! Дорогие мои, как я вас всех люблю, если бы вы только знали!

Когда прозвучали финальные аккорды и занавес опустился, на несколько мгновений в зале воцарилась тишина. Потом он взорвался аплодисментами. Зрители кричали «браво!», а некоторые даже свистели, что расценивалось как особое одобрение. Занавес много раз поднимался и опускался; сияющих от счастья актеров снова и снова вызывали на бис. При появлении главной героини мюзикла Елены — несравненной Мередит О'Нил к ее ногам летели букеты цветов, и многие зрители, поднимаясь с мест, приветствовали ее стоя.

Раздались голоса: «Авторов! Просим авторов на сцену!» Улыбающиеся Патрик и Дженнифер присоединились к участникам спектакля и несколько раз поклонились зрителям. Это был незабываемый день, которого они с надеждой ждали всю жизнь. Прекрасные мечты сбылись, сказочные сны стали реальностью.

После спектакля все собрались в ресторане «У Сарди» отпраздновать удачную премьеру. Шампанское лилось рекой, гости шумно веселились, обменивались впечатлениями, делились наблюдениями, снова и снова обсуждая невероятный успех мюзикла. Дженнифер, возбужденная и веселая, с наслаждением пила шампанское и оживленно беседовала с присутствующими. Лишь изредка, когда она смотрела на сияющего Патрика, сидящего рядом с женой, ее глаза становились печальными. Казалось, Патрик и Мередит так увлечены друг другом, что не замечают ничего и никого вокруг. Дженнифер думала о том, как была наивна, когда решила, что, прервав связь с Патриком, вытеснит из сердца любовь к нему. Увы! Ее любовь к Патрику не прошла, и все мысли были заняты только им. Хотя сейчас ее голова кружилась от грандиозного успеха и шампанского, Дженнифер непреодолимо влекло к Патрику, и она мечтала о близости с ним.

К Дженнифер подошли несколько солидных мужчин, потенциальных спонсоров. Их интересовали ее дальнейшие творческие планы. Неожиданно рядом появился Патрик. На вопрос: «Собираетесь ли вы приступить к сочинению нового мюзикла?» — Дженнифер, пожав плечами, лишь молча улыбнулась, а Патрик, к ее удивлению, ответил:

— Мы уже начали обсуждать это и, надеюсь, придем к положительному решению.

Он и Дженнифер обменялись быстрыми взглядами и разошлись в разные стороны. Дженнифер не сомневалась, что после такого триумфа Патрик захочет продолжить совместную работу. Но вот сможет ли она снова по нескольку часов в день находиться в его обществе, сгорать от любви и постоянно испытывать комплекс вины перед Мередит? Нет, Дженнифер не была уверена в своих силах.

Празднование премьеры близилось к завершению, и гости постепенно расходились. Когда Мередит встала из-за стола и в сопровождении Патрика начала пробираться к выходу, ее окружили восторженные почитатели. Мередит сияла, глаза ее светились счастьем. Пока она прощалась с гостями, Патрик подошел к Дженнифер.

— У нас все получилось, Райленд! Нам все удалось! — ликуя, воскликнул он. — Мы молодцы!

— Да, Латтимор, премьера прошла блестяще. — Голос Дженнифер дрогнул, и под пристальным взглядом Патрика она опустила голову. — Мередит счастлива, — продолжила Дженнифер. — Сегодня ее триумф. Возможно, даже в большей степени, чем наш с тобой.

— Ты права, Дженни.