Ноэль раздраженно топнула ногой. Ну до чего же похоже на Филипа — так извратить ситуацию, что оправдываться приходится ей!

В глазах Филипа угас насмешливый огонек. Он протянул обе руки Ноэль, и сердце ее едва не разорвалось от мучительной борьбы. Так хотелось протянуть руки ему навстречу, но она справилась с собой…

Филип принял ее отказ, небрежно пожав плечами. Однако этому жесту противоречило разочарование в глазах.

— Ноэль, честное слово, это дитя видит во мне героя, испытывает ко мне что-то вроде благодарности, понимаешь? Знала бы ты, до чего это неудобно! — добавил он прочувствованно.

У Ноэль даже дыхание перехватило.

— Что-то вроде благодарности! Так вот что положено испытывать тем счастливицам, с которыми ваше величество изволило переспать!

Не знай она доподлинно, с каким двуличным и лживым типом имеет дело, непременно купилась бы на недоуменное выражение лица Филипа. Однако теперь она ответила на это недоумение лишь презрительной гримасой. Через несколько секунд лицо ее собеседника осветилось озарением — и, что самое удивительное, весельем.

— Твоя вера в меня просто трогательна, ангел мой, — простонал он. — Нет, Криса я еще могу понять, он мой брат и полный идиот, но ты-то…

Ноэль поймала себя на том, что невольно начинает поддаваться. Ее глубокая внутренняя убежденность в своей правоте начала таять Сердито тряхнув головой, молодая женщина прогнала наваждение.

— А как насчет фотографий? — всхлипнула она, но попыталась выдать этот всхлип за язвительное фырканье.

На добрых десять секунд Филип превратился в соляной столп. Наконец-то до него целиком и полностью дошел весь смысл ее слов.

— Фотографии! Ты решила, что это фотографии нас с…

Не в силах продолжать, он разразился неудержимым хохотом. Плечи его заходили ходуном, по щекам поползли слезы.

Ноэль окончательно растерялась. Либо этот человек — первоклассный актер, либо она все поняла не так.

— Если это не…

— Порнофотографии меня и… О Боже, Ноэль, ты меня шокируешь!

Однако вид у него был вовсе не шокированный, а веселый и почему-то необычайно самодовольный.

— Ну ладно, ладно, — поспешно сказала Ноэль, пока Филип не начал смеяться снова. — Видишь ли, я просто не представляю, о каких еще фотографиях могла идти речь. И коли уж все действительно столь невинно, чего ты так боишься, что об этом кто-нибудь узнает?

— Потому что я действительно не хочу об этом говорить, — уклончиво ответил он.

— Подумайте, как удобно! — язвительно воскликнула Ноэль.

— Тебе холодно, — как ни в чем не бывало сменил тему Филип, заметив, что Ноэль бьет крупная дрожь. — Почему бы тебе не снять мокрую одежду перед тем, как я попытаюсь себя обелить?

— Прямо здесь?

Она обвела растерянным взглядом роскошный номер.

— А то где же? Не бойся, скрытых камер тут нет.

От этого неделикатного намека Ноэль покраснела.

— И учти: отворачиваться я не намерен.

— Ну и пожалуйста!

Взяв оставленные Сарой на кровати полотенца и хшгат, она гордо прошествовала в ванную и заперла за собой дверь, демонстративно щелкнув замком.

Взглянув на себя в зеркало, Ноэль с трудом сдержала вопль ужаса. Чего, спрашивается, она боялась? Даже самый необузданный эротоман — каким Филип, безусловно, не являлся — и тот не польстился бы на нее.