Серина снова тронула его за плечо.

– Не нужно думать, что этот несчастный случай произошел по твоей вине. Откуда ты мог знать, что она отправится на поиски матери?

Ее прикосновение, словно лечебный бальзам, заживляло старые раны. К сожалению, он не стоил такого сочувствия. Люсьен пожал плечами, и ее рука соскользнула вниз.

– Я должен был остаться с ней. Она уже потеряла мать, и я не имел права бросать ее одну.

– Все равно, – с уверенностью сказала Серина, – ты же не мог быть с ней постоянно. Ты не должен винить себя в этом!

Он печально улыбнулся:

– Найлз думает точно так же, как и ты. Я и сам пытаюсь в это поверить. – Люсьен замолчал. Он подумал, что такое сочувствие с ее стороны требует от него ответного шага. – Я понимаю, что наш нелепый брак причиняет тебе боль, и прошу за это прощения. Тебе тоже пришлось немало пережить. – Он увидел, что ее глаза покраснели от бессонницы и слез. – Ты сильно тоскуешь по Уоррингтону?

Серина кивнула:

– Мне всегда будет не хватать Сайреса. Он был моим лучшим другом.

– Но не любовником, – не удержался Люсьен. – Ты заботилась о нем, а он о тебе. Но почему вы никогда не занимались любовью?

Она отвела взгляд.

– Все уже в прошлом, и я бы не хотела говорить об этом.

Хотя ее ответ ничего не сказал Люсьену, он кивнул. Как глупо надеяться получить одно признание в обмен на другое. Доверие – это не тот предмет, которым можно обмениваться. Но ее замкнутость продолжала беспокоить его. И дело было не в праздном любопытстве. Он хотел понять, почему она оказалась в его объятиях в ту ночь. Только так он сможет не допустить измен с ее стороны. Только так.

Однако он все еще надеялся на лучшее. По крайней мере на этот раз они сумели поговорить без ссоры. Возможно, их брак сможет стать вполне нормальным. Но он не знал, разделяла ли она его надежды.

Хотя Люсьену не хотелось покидать Серину в эту ночь, он был вынужден сделать это. Его ждал граф Барримор. Клейборн надеялся, что Хромой поможет ему найти доказательства вины графа Марсдена.

Убедившись, что дом хорошо охраняется, Люсьен сел в экипаж и направился в паб «Попрошайка». По дороге он думал о недавнем разговоре с Сериной. Ее сочувствие удивило и обрадовало его. Может быть, они и сумеют найти общий язык. Но один вопрос мучил его не переставая. Почему она так упорно скрывает подробности своего первого брака? Люсьен не мог понять, какие отношения связывали ее с Уоррингтоном. Неужели он предпочитал мужчин? Нет. Люсьен мало интересовался сплетнями, но такой слух обязательно стал бы ему известен. Кроме того, тогда герцогу не удалось бы стать членом палаты лордов.

Люсьен попробовал решить эту задачу с другой стороны. Возможно ли, что герцог был импотентом? Тоже исключено, так как он знал о незаконнорожденных детях герцога Уоррингтона. Тайна отношений Серины и герцога преследовала его. Он мог не думать о ней, но желание узнать причины, по которым Серина сделала его своим любовником, не давало ему покоя.

Когда Люсьен спустился в паб, к нему подошла уже знакомая темноволосая девушка.

– Привет, красавчик, – весело поздоровалась она. – Что тебе нужно?

– Еще раз поговорить с графом, – ответил он, соблазнительно улыбаясь.

Девушка кивнула и направилась к кабинету Хромого. Через минуту она вернулась:

– Все в порядке. Он тебя ждет.

Люсьен сунул ей серебряную монету. Не успел он войти в кабинет, как граф тут же спросил:

– Вы принесли четыреста фунтов, которые мне должен Марсден?

Люсьен молча распахнул плащ и достал кошелек с деньгами.