— Давайте! — легко согласился Ваятель.

Оба шара отделились друг от друга и устремились, набирая в синхронных прыжках скорость, обратно по той траектории, по которой прибыл на край галактики огненный ифрит.

— Вы знаете, я очень бы желал увидеть картину схлопывания звезды в чёрную дыру. — сообщил по связи Искатель. — Это редчайшее зрелище во Вселенной.

Глава 5

— Да, я бы сказал, что она готова. — сказал Ваятель, критически осматривая голубой гигант, облетая звезду на безопасном расстоянии вместе со своим спутником.

— Он сказал, что может сколлапсировать в любой момент. — сообщил Айрон, трепеща от страха при виде этой громады.

Гигант, кажется, уже заснул, во всяком случае, не отзывался на оклик. Наверно, Айрон застал последние минуты сознательного существования звезды, когда Голубой предавался ностальгическим воспоминаниям. Его история закончилась, он растерял всех друзей, поглотил собственных детищ, видел зарождение и гибель жизни на своих планетах. Впереди была чёрная смерть.

Впрочем, голубым он вовсе не был — просто излучение с его поверхности было ослепительно ярким — это были предсмертные судороги перед бессознательным сжатием вещества звезды.

— У него ещё осталась планета. — сообщил Айрон своему спутнику.

— Точно? — не поверил додон.

Они вдвоём пустились в облёт гиганта и вскоре действительно обнаружили планету — она перемещалась по орбите, пустая и мрачная. Одна сторона всё время оставалась в тени, вторая отражала ослепительный свет звезды.

Два крохотных по сравнению с этими космическими исполинами шарика, две мельчайших пылинки, пустились в облёт планеты.

— Мне интересно видеть картину разрушения мёртвой планеты в преддверии схлопывания звезды. — пояснил Ваятель.

— А не боитесь упасть в ту же яму? — усмехнулся Айрон, который не столь давно наблюдал поразительную осторожность додона.

— Нет, конечно. — ответил тот. — Мы же с вами владеем мгновенным переносом. Схлопывание хоть и происходит мгновенно, но материя, чем дальше от звезды, тем обладает большей инерцией. Я успею исчезнуть отсюда, а вот вам как раз нужно туда, в эту дыру. Эта планета нам очень кстати — по её поведению мы увидим начало процесса. А откуда вы узнали, что у гиганта осталась планета?

— Он сам сказал. — признался ифрит. — Это последний из его детей. Девочка. Он отличал их по полу. Первые пять уже упали на его поверхность.

— Звёзды различаются по полу? — усомнился Искатель. — Вот это теория!

— Ага! — со смехом признался Айрон. — У ифритов есть женский и мужской пол. Этот был мужчиной. Знаете, на этом последнем его чаде была когда-то жизнь. Эта планета была обитаема.

— Сейчас проверим. — обронил додон.

Обе сферы скользнули на освещённую сторону планеты и поплыли над её окаменелой почвой.

— Вам глаза не слепит? — спросил додон.

— Нет. — ответил Айрон. — Мои глаза — плазма.

— Вот удивительно! — ответил Ваятель. — Я сам не прочь превратиться в огненного ифрита, чтобы испытать подобное.

Под капсулами, плывущими на небольшой высоте над поверхностью планеты, проплывали рыжие равнины со впадинами, высохшими материками и стёршимися горами на них. Яркий свет звезды лишал все детали объёмности, а в месте прямого попадания лучей порода кипела. Видимо, поверхность планеты давно оставалась в одном и том же положении относительно своего светила, потому что границы котла, в котором плавилась порода, оставались неизменными.