— И ты говоришь, что когда-то он был ифритом? — проговорил Ваятель.

— Сам уже в этом сомневаюсь. — отозвался эхом Айрон.

— Скоро начнётся. — вдруг сказал додон.

— Что изменилось? — заволновался Коэн, не видя на поверхности звезды никаких изменений.

— Начались глубинные процессы. Я знаю это потому, что у Живой Энергии такие огромные возможности, о каких учёные прочих цивилизаций даже мечтать не могут. Даже имей они Живую Силу в изобилии, они бы всё равно не могли иметь тех знаний, что имеют додоны. Энергия — тот же инструмент познания, только невообразимо сложнее, интеллектуальнее и мощнее. Я говорю со своей Силой, и она мне передаёт те сведения, которые получает от пронизывающих недра звезды нейтрино. Говорю тебе, ифрит: я рассчитал всё до последней пылинки. Слушай внимательно. В тот момент, когда начнётся схлопывание, а произойдёт оно в доли мгновения, ты должен перенестись точно по радиальной линии в сторону звезды. Расстояние переноса я тебе задам при помощи Силы. Ты можешь вообще ничего сам не решать, потому что у тебя не хватит скорости мышления. Доверься программе, которую я вложу в Силу. Она будет знать, что делать. Твоя задача — не мешать и не сопротивляться, как бы страшно тебе ни было. В какой-то момент тебе покажется, что ты умираешь, и ты захочешь совершить скачок. Не делай этого, иначе тебя снесёт обратно в прошлое. Помни, всё просчитано до последней мелочи. Неожиданностей просто нет. Я же в тот момент, когда тебя понесёт в бездну, отскочу назад, потому что пока я не спешу увидеть будущее, я нужен здесь.

— Так давай скорее Силу! — занервничал Айрон.

— Я же сказал: не торопись! — сверкнул глазами додон. — Расчёт закончится на последней секунде, чем ближе к коллапсу, тем больше точность!

Две сферы плавали над поверхностью звезды, которая не подавала никаких признаков будущих перемен — казалось, она ещё миллионы лет так будет вращаться и перемешивать на своей поверхности гигантские пятна раскалённой материи. Но, её срок истекал с каждым мгновением — она уже умерла, и эти флуктуации температуры были лишь испарениями трупа, газами, бродящими внутри её огромного тела.

Сфера Ваятеля приблизилась к сфере ифрита, коснулась её в одной лишь точке, как было в самом начале их встречи. Тогда додон не понял, что за существо находится внутри защитной оболочки, он принял его за своего. Случись двум пузырям соединиться, жар ифрита испарил бы бессмертное тело звёздного путешественника. И теперь он не собирался открывать окно — касание было только в одной точке.

Ваятель не смотрел на звезду, он ушёл в себя, взгляд его был рассеян, словно в его мозгу молниеносно происходили сложнейшие расчеты. На самом деле это работала Живая Сила, тщательно классифицируя, подбирая, сортируя множество физических параметров. Здесь, над поверхностью звезды, происходило нечто совершенно немыслимое — такого не достигнет ни одна цивилизация за всё время существования Вселенной. Это было взаимодействие таинственных живых разумов, насчитывающих миллионы лет, и таких же непостижимых сил Бытия. Выстраивалась система данных, подбивались миллиардные знаки после запятой, высчитывались тончайшие параметры. Данные для переноса, траектория мгновенного полёта сквозь время и пространство, конечный пункт — всё это бралось от Живой Энергии ифрита — его Сила сохранила параметры скачка. Собиралось одно общее уравнение, которое охватывало собой бесконечность факторов, учитывало каждую пылинку в сотнях парсек от будущего коллапсара. Всю сумму тяготений, каждый гравитон, массу плазменного тела Айрона, массу Ваятеля, присутствие Живой Силы, сомнение и страх ифрита, вдох додона, движение его пальцев, биение его сердца.