– Уж не пошел ли ты в атаку наугад, не подчинившись приказу Кривой Глотки?

– Главное – это то, что я узнал, где хранится их сокровище!

– Главное – это подчиняться мне!

Ударом дубины Кривая Глотка размозжил нубийцу голову.

– Жалкий выскочка, не способный командовать! И все эти черномазые такие же! Учить их – это тратить попусту месяцы. Да и то я не уверен в успехе.

– До Аскута добраться невозможно, – с сожалением сказал Шаб Бешеный. – После возведения крепостей Семна и Кумма суровому контролю подвергается каждое судно.

– Мне нужно знать, действительно ли это золото представляет собой реальную угрозу. Если да, то его нужно уничтожить, – приказал Провозвестник.

Подумав, он добавил:

– Бина скоро поправится, но использовать ее все же рано. Вот, пожалуй, что мы предпримем…

Страдая от жары и изнывая от бесконечной работы, Медес мрачнел. Да, здесь, в этой маленькой захудалой крепости Семна, ему не придется вкусить отдых и прохладу! Это строение, предназначенное для того, чтобы окончательно пригвоздить Нубию, состояло из трех частей. Западная Семна носила имя «Сесострис показывает свою силу», Южная Семна – «Та, что отбивает нападения нубийцев». Третьей частью была Кумма. В укреплениях Семны чередовались высокие и низкие башни. А в Кумме, выстроенной на восточном берегу реки, находился небольшой храм.

Нигде больше граница Египта не врезалась так глубоко в дальние земли. С той и с другой стороны узкого скалистого крепостного прохода, сквозь который даже нильская вода пробивалась с трудом, можно легко отбить любую атаку. Инженеры под началом Сехотепа предприняли меры, чтобы поднять уровень воды в узкой протоке Семны. Они нагромоздили скалы и устроили канал, по которому легко могли проходить торговые суда.

Кроме того, к северу от Семны будет возведена стена длиной в пять километров. Она должна будет защищать водный путь со стороны пустыни.

Медес составлял указ, которым назначались пятьдесят солдат в гарнизон Семны и пятьдесят – в гарнизон Куммы. Эти отборные отряды будут жить в неплохих условиях. Удобные дома, мощеные улицы, мастерские, амбары, дренажная система, запасы питьевой воды, регулярная доставка провизии… У гарнизонов не будет недостатка ни в чем. А Секретарь Дома Царя все продолжал и продолжал работать на благо Сесостриса и против Провозвестника! Что тут поделаешь?

В кабинет, где сидел Медес, возле которого слуга ритмично махал опахалом, вошел доктор Гуа со своим тяжелым кожаным мешком.

– Что с вами сегодня?

– Разболелся живот. И, кроме того, я просто задыхаюсь, такая сушь!

– А мне этот климат кажется очень здоровым, – возразил доктор Гуа. – Просто у вас слишком большой жировой слой. Нужно похудеть.

Выслушав Медеса, доктор Гуа вынул из своей сумки вазу-мензурку, похожую на ту, которой пользовался Хор для ухода за своим глазом, чтобы послать человеку жизнь, здоровье и счастье. Такая ваза позволяла правильно дозировать лекарства и делала их эффективными. Доктор Гуа налил в вазу настойки из свежих фиников, листьев клещевины и молочка сикомора.

– Сосудистые сплетения ваших ног еще молчат, а анальное отверстие слишком горячее. Мое лекарство восстановит равновесие организма, и желудок будет функционировать нормально.

– Но я чувствую себя совершенно измотанным!

– Принимайте этот настой три раза в день задолго до еды, ешьте меньше, пейте больше воды, и в Мемфис вы вернетесь совершенно здоровым.

– Скажите, доктор, а вас не беспокоит санитарное состояние наших войск?

– Разве мы с фармацевтом Ренсенебом только дремлем на солнышке в свое удовольствие?

– Я так не думаю, но эта жара…

– Наши солдаты под присмотром.