«Умирать, так с музыкой».

Альбинос принял такое решение потому, что ни одно из заключений его аналитиков не включало в себя добровольную капитуляцию «Бригады Смерти», завладевшей запасом вируса. Соларис поежился, вспомнив о том, что произошло в «ВириВаке».

«А ведь та разновидность вируса даже не распространялась через воздушную среду, — подумал он. — Слава Богу, мы расположили предприятие в гуще джунглей».

Он мог только догадываться, сколько других разновидностей погребено под грязью в Коста-Брава и как долго они будут оставаться погребенными. Впрочем, судя по складывающейся в Мехико Сити ситуации, это уже не имело большого значения.

Скорее всего, «ВириВак» на протяжении какого-то периода времени манипулировал — посредством своих клиник-сателлитов — с источниками водоснабжения и в Соединенных Штатах. Эти новые ИВА являлись чем-то вроде частей головоломки, которые нельзя обнаружить до тех пор, пока они не соберутся воедино внутри клетки. А когда их можно было обнаружить, то становилось уже слишком поздно. Несколько незначительных искривлений протеина вызывали у непривитых людей болезнь, не выявляемую тестами фактора заражения, поскольку на первых стадиях она и не была заразной.

Дети Эдема брали под свой контроль деревни, города и целые регионы, внедряя в источники водоснабжения одну из разновидностей ИВА и адаптируя к ней своих людей с помощью другой. Стандартные тесты ничего не выявляли. При массовых заболеваниях населения, собственность становилась никому не нужной. Дети Эдема скупали города и деревни за бесценок, обвиняя людей, не исповедующих философию Садоводов, в «нездоровом образе жизни».

«Только подумать, что я гордился проектом, когда «ВириВак» предложил УБН тот ИВА, предназначенный для преодоления пристрастия к марихуане!»

Соларис вспомнил, как смеялись они с директором Управления по Борьбе с Наркобизнесом, просматривая видеозапись: после одной-единственной затяжки испытуемых рвало до изнеможения. Поначалу Соларис был разочарован тем, что данный ИВА неприменим для опиатов или кокаина. Затем пелена спала с его глаз, и он узрел истину. ИВА был применим для опиатов и кокаина. Как заметил полковник Толедо, «марихуана» — это дымовая завеса. Соларис утешал себя мыслью о том, что он всегда руководствовался благородными мотивами. Все, что он делал на протяжении своей карьеры, вершилось во благо его государства. Он никогда не поступался принципами ради сиюминутной выгоды; даже вклады в «ВириВак» производились на законных основаниях. А теперь вот коллеги по УРО и конгрессмены считают его не альтруистом или героем, а болваном.

Трентон Соларис снова наполнил свой стакан ледяной водой, добавив на этот раз дольку лимона.

Да, в Коста-Брава вирус, похоже, локализован, но здесь, в Мехико — в этом «пупе земли», где сконцентрированы огромные запасы «Насекомых Смерти», — меры надлежит принимать самые крутые.

«Вирус не должен покинуть этот город, иначе с человечеством покончено!»

Глава 31

Гарри Толедо пытался уснуть, однако после услышанного на законсервированной территории «ВириВака» его разум по-прежнему отказывался позволить ему немного отдыха. Посольский психиатр отнесся к юноше с сочувствием, но сочувствие не смогло совладать с кошмарами, а снотворные Гарри не хотел принимать.

Теперь у него не осталось сомнения насчет того, что Штаты позаботятся о запрещении всех рейсов из Коста-Брава, а когда о ситуации в стране станет известно мировой общественности, ни один аэропорт на планете не примет вылетевших отсюда.