На Аркадии была бледно‑фиолетовая шелковая рубашка без воротника, с широкими, стянутыми у запястий рукавами. Талию облегал украшенный вышивкой грузинский пояс, узкие черные штаны с лампасами заправлены в блестящие казацкие сапоги. Волосы у него то и дело вставали дыбом, мерцая искорками электрических разрядов. Свой наряд он недавно приобрел в Гаване, входившей в Свободную Зону Флориды.

– Стиль «крио‑макс», – гордо сообщал он всем.

Ковбой улыбнулся про себя: «Ну и идиот!» Его не обманывали показная искренность и фамильярные манеры Аркадия – сердце его столь же холодно, как и ледяные стальные глаза. Только дурак может счесть Аркадия своим другом. Он – посредник, а у посредников не бывает друзей.

Смяв пустой конец экзотической «беломорины», Аркадий закурил. Волосы у него снова встали дыбом, заискрившись оранжевыми огоньками, под цвет пламени спички.

К Ковбою подошел Доджер:

– Иди сам проверь.

– До встречи, Аркадий! – махнул рукой Ковбой и вместе с Доджером направился к машине.

Волосы Аркадия вспыхнули зеленым светом.

– Я видел, как ты показывал ему свой норов, – сказал Доджер, когда они отошли на достаточное расстояние. – Прошу тебя, не зарывайся.

– С этим уродом трудно вести себя нормально, – начал оправдываться Ковбой.

Доджер осуждающе посмотрел на него.

– Он, наверное, смазывает ляжки маслом, когда влезает в свои штаны, – раздраженно добавил Ковбой.

Доджер едва сдержал смех. Он уже немолод. Жизнь изрядно потрепала его, посеребрила густую черную шевелюру над высоким лбом. Под настроение он любил выражаться поэтично. Ковбой испытывал к Доджеру симпатию и настолько доверял ему, что сообщил даже код своего тайного вклада в банке. Доджер иногда казался несколько наивным, но дураком он отнюдь не был.

Ковбой проследил за укладкой груза, потом проверил машину. Ему предстояла трудная дорога. Адская Аллея, как называл ее Доджер.

– Что за груз? – спросил Ковбой, стараясь скрыть подозрительность. – Просто любопытно.

– Хлорамфенилдорфин, – ответил Доджер, отрезая от прессованной плитки кусок жевательного табака. – На Восточном побережье он скоро будет в дефиците. По слухам, больницы дают за него большие деньги, так что у меня есть все основания считать себя благодетелем, ты ведь поможешь многим страдающим людям.

– Лучше бы мы имели право доставлять это легально.

Ковбой рассматривал бронемашину, довольно неуклюжую по сравнению с изящной «дельтой». Может, именно поэтому он до сих пор не дал ей имени, ведь броневик не умел летать.

Теперь Ковбой себя называл «Пони‑экспресс», и эти слова вскоре стали его позывными. У машины нет крыльев, так пусть хоть имя из прошлого напоминает о полетах.

Пора. Ковбой устроился на сиденье, воткнул кабель в разъем на правом виске, и поле зрения сразу расширилось, словно к зрительному центру подсоединили третий глаз внешнего обзора. Затем включил компьютер, и на экранах появились карты местности, на которых яркой линией светилась Адская Аллея, точками мерцали замаскированные баки с топливом, старые амбары и глубокие овраги, где можно спрятаться. Все это нанесли на карты разведчики Аркадия.

Ковбой достал из кармана куртки свой собственный инфокубик, вставил его в считывающее устройство, и на экранах возникли новые отметки – места для укрытия, разведанные им самым, больше о них никто не знал. Конечно, Аркадий заинтересован в том, чтобы поход Ковбоя завершился успешно, но кого‑нибудь из его окружения могли подкупить каперы.