— Как тебе удалось все это купить, Вульф? — снова спросила Селена.

Темные крыши портового города сверкали на солнце. На закате, сказал проводник, они отправятся в путь. И через десять дней будут в Персеполисе. Десять дней…

Вульф так сильно ухватился за перила балкона, что чуть не сломал их. Он должен отогнать от себя эти мысли. Важно только будущее. Будущее — это единственное, что имеет значение. Возвращение домой. К Фриде, к Эйнару, к своему народу, которому нужен вождь, чтобы объединиться для новой войны с римлянами.

Назад, к Рейну, где он найдет Гая Ватиния и отомстит ему, — он себе в этом поклялся.

— Вульф! — опять спросила Селена. — Чем ты заплатил за это?

Только бы еще раз подержать ее в объятиях, прежде чем мы навсегда расстанемся. Ему всего лишь один раз хотелось попробовать вкус ее губ, ощутить ее тело…

Он резко обернулся и сорвал платок с головы.

Селену будто ударила молния. Светлые волосы Вульфа, доходившие ему до колеи, были теперь коротко острижены.

— Я продал их, — сказал он, — на площади, человеку, который делает парики. Он увидел меня и предложил за них много денег. Он сказал, что светлые волосы нынче в моде.

Вульф взял пояс и вытащил кожаный кошелек.

— Даже еще осталось немного. На это мы можем найти кого-нибудь в Персеполисе, кто поведет нас дальше.

Селена подняла руку и хотела коснуться его волос, но он отпрянул.

— Они опять вырастут.

Она наблюдала, как он ходит по комнате и собирает вещи. Ей так хотелось сказать ему что-нибудь. Но говорить было больше нечего. В Персеполисе их пути навсегда разойдутся. Их совместный путь завершится, она всегда это знала.

Сны, которые преследовали ее во время борьбы со смертью, указали ей путь и придали новых сил. Только физически она была еще так слаба, что не могла сразу отправиться в путь, болезнь еще брала свое. Но теперь, после нескольких недель отдыха, Селена достаточно окрепла, чтобы отправиться в дорогу, и она очень торопилась начать новый путь. На западе ее ждало предназначение.

34

— На помощь! — кричала бегущая девушка. — Помогите! Помогите!

Она неслась по одному из множества уединенных садиков дворца, по зеленым, гладким газонам, засеянным летними цветами, которые были такими же яркими и великолепными, как ковры, которыми славилась Персия. Она бежала так, будто речь шла о ее жизни, и все время испуганно озиралась.

За ней бежал мужчина. Увидев, что он приближается, она снова закричала и побежала еще быстрее. Но она была маленькой и хрупкой, и было видно, как расстояние между ней и ее преследователем, длинноногим и рослым, быстро уменьшалось.

Принцесса Рани, Достойная Сожаления, незаметно наблюдала из укрытия террасы эту сцену.

Девушка перелетела через газон, обегая кусты, понеслась по извилистым дорожкам, перепрыгивая через цветочные клумбы. Ее шаровары ярко-оранжевого цвета, раздувавшиеся на ветру, намокли под струями фонтана. С ее длинной, такой же оранжевой, блузы отлетела пуговица, так что показался верх груди.

— На помощь! — снова закричала она. Но это не помогло. Сад был со всех сторон окружен стенами, выхода не было, и здесь не было людей, только молчаливая зрительница принцесса Рани, которая спряталась за решеткой, увитой зеленью.

Наконец, совсем отчаявшись, девушка прыгнула в цветущие кусты мирты и, задыхаясь, притаилась там, прижавшись к земле.

Мужчина остановился и огляделся. Он стоял, подбоченившись, и смотрел по сторонам. Когда он мельком взглянул в сторону принцессы Рани, та заметила, что мужчина красив.