За дверью каморки вдруг послышались шаги, прервавшие ее хождение. Дрожа от холода и скрестив руки на груди, она остановилась и прислушалась. Ей стало страшно.

Неужели это опять ее истязатель? Человек, который мучил и пытал ее. Селена никогда не знала, когда он появится, иногда он приходил утром, иногда среди ночи, и всегда задавал вопросы.

— Что это значит? — спрашивал он и совал ей под нос клочок папируса.

Или:

— Скажи-ка, что это за порошок.

Селена знала, за чем он охотится — за ее врачебными тайнами. И она также знала, что только благодаря своим знаниям она до сих пор еще жива, они защищали ее от его ужасных угроз.

— Если ты не ответишь на мои вопросы, — предупреждал он в первый день ее пребывания в камере, — тебя отведут в гарем. Царь возьмет тебя, а когда ты ему надоешь, то тобой сможет пользоваться каждый, кто захочет. Ты будешь отвечать на все мои вопросы, понятно?

Эти угрозы повергли ее в ужас. Мысль о том, что мужчины будут пользоваться ею и передавать друг другу как вещь и в конце концов вышвырнут, потрясла ее до глубины души и одновременно вызвала отвращение. Как это возможно, спрашивала себя она, сбитая с толку, что один и тот же акт — соединения мужчины с женщиной — может служить двум совершенно противоположным целям?

Она тосковала по соединению с Андреасом, она видела это во сне, она почти все время думала об этом. Принять его в себя, ощутить его силу и огонь.

Селена прижала обе руки к животу. Шаги перед дверью камеры смолкли. Ключ со скрипом повернулся в замке.

Она принадлежит Андреасу. Он единственный мужчина, которому она когда-нибудь отдастся.

Дверь распахнулась, и незнакомец вошел в комнату. В одной руке он держал теплое одеяло. В другой — кубок.

Селена отшатнулась.

— Тебе холодно? — спросил он.

Она кивнула.

— Хочешь одеяло?

Она взглянула на мягкое шерстяное одеяло красно-золотого цвета, цвета полыхающего огня. О, как чудесно было бы закутаться в мягкое одеяло, наконец-то снова согреться. Она опять кивнула.

Он протянул ей кубок:

— Скажи, что это.

Прижавшись спиной к стене, Селена наклонилась и заглянула в кубок. Там лежало несколько листочков, источавших тонкий лимонный запах. Хотелось бы ей знать, откуда он взял эти листочки и почему для него так важно узнать все о них.

— Это лимонная мелисса, — сказала она.

— Для чего ее используют?

Его вопросы всегда удивляли ее. Откуда он знал, что речь идет о целебных растениях или травах, если очевидно, что он понятия не имеет, что это такое и что с этим делать?

— Чай из лимонной мелиссы успокаивающе действует на сердце и общее состояние, — ответила она.

— Это все?

Она снова взглянула на одеяло. Ее пальцы ужасно замерзли и потеряли чувствительность, а конечности ныли от холода.

Она в его руках. Только для того, чтобы продемонстрировать ей свое могущество, он заставил ее голодать в этой каморке. А потом он пришел с едой и вопросами. Когда она не смогла сказать, что излечит царя от импотенции, он приказал унести из каморки соломенный матрац, и ей пришлось спать на холодном камне.

Селена взглянула на двух стражников, стоявших позади него и преграждавших путь в коридор, а в конце коридора — на свободу. Если бы она просто могла убежать…

— Если мелиссу втирать в больное место, — произнесла она наконец, — она смягчает суставные боли и боли при ушибах.

Лицо с заостренными чертами было таким загадочным, будто маска, вырезанная из камня. И все же в глубине холодных как лед глаз Селена увидела ужасное одиночество, но незнакомец, конечно, не догадывался, что другие могли это видеть.