Люк с лязгом закрылся. Колесо начало вращаться. Зашипел воздух. Из стула выползли ремни и обвились вокруг тела огра. Перед его лицом зажегся волшебный экран. Взвыл сигнал тревоги. Корабль задрожал, потом рванулся вперед, как снаряд из катапульты, и пролетел прямо сквозь крышу.

Временами на экране виднелись быстро уходящие вниз облака. Затем в поле зрения появилась луна; с каждой минутой она становилась все больше и ярче. Сейчас она была полукруглой, вот почему лунная завеса больше не скрывала огнедуб – луны осталось слишком мало, чтобы поддерживать ее. Но оставшаяся половина выглядела вполне твердой, не считая того, что в ней имелось достаточно круглых дыр. А какой же сыр без дыр!

До огра дошло, что медяки не совсем верно поняли его просьбу. Они указали ему путь из Медного города – но не из тыквы. Что ж, ничего не остается, кроме как продолжать путь. Может, этот корабль и доставит его назад к огнедубу.

Загремел в общем‑то не очень хотел на луну, хотя один вид этого свежего сыра заставил его почувствовать голод. В конце концов, с тех пор как он подкрепился теми яблоками, прошел уже час. Он оглядел панель и заметил несколько торчащих оттуда медных рычагов. Он ухватился за них и принялся крутить в разные стороны.

Луна уплыла из зеркала, а Загремела начало швырять в кресле, словно под ударами бури. По счастью, ремни все‑таки удерживали его на месте. Он отпустил рычаги – и через мгновение луна снова оказалась перед ним. Вероятно, он вмешался в программу полета. Интеллект заставил огра обдумать ситуацию, и он пришел к выводу, что с помощью рычагов можно управлять кораблем. Пока ими не пользовались, корабль плыл куда хотел, вероятнее всего, направляясь в одну из дыр лунного сыра. Возможно, этот челнок типа «Шаттл‑Луна» использовали для доставки сыра в Ксанф, хотя Загремел не мог себе представить, зачем металлическим людям может понадобиться сыр.

Загремел снова взялся за рычаги и начал орудовать ими более вдумчиво. Огры неуклюжи только тогда, когда им это удобно; когда их никто не видит, они способны на весьма тонкие операции. Луна танцевала перед ним, но не исчезала из зеркала. Он еще немного поэкспериментировал, пока не научился тормозить, когда хотел, и придавать кораблю такую скорость, которую хотел.

Прекрасно! Теперь остается направить корабль назад к Ксанфу и посадить возле огнедуба. Потом корабль можно отдать медной бесстыднице Бантик, чтобы она вернулась в свой город и в свой дом.

На экране появились изображения. Формой они напоминали брань‑репейник и явно направлялись к кораблю. Что им нужно?

Рядом с Загремелом возникли вспышки света. Корабль содрогнулся. Экран на мгновение вспыхнул красным. Загремел понял почему – это все равно что получить удар кулаком в морду: сразу начинаешь видеть звезды и планеты, кружащиеся вокруг головы. Ночное небо все полно звезд, вышибленных из людских голов в каких‑то давних потасовках, но Загремелу вовсе не хотелось вносить в это свою лепту. Ему нужно отбить удар и уничтожить врага.

Он принялся опять изучать панель, наслаждаясь перспективой новой разновидности драки, и заметил еще одну большую кнопку, которой не разглядел раньше. Разумеется, он нажал ее.

Вспышка света рванулась к точкам на экране; на этот раз она исходила от корабля. Вероятно, корабль кидался какой‑то особой разновидностью камней, когда ему приказывали. Что ж, прекрасно! В этом тыквенном мире Загремел вполне мог пользоваться таким световым кулаком. Но он не очень хорошо прицелился, а потому не попал в те звездочки и точки, которые были видны на экране. Заряд устремился вперед, отщепив от луны кусочек сыра. Сырные крошки расплылись в пространстве облаком, и несколько звездочек устремились туда; вероятно, они тоже проголодались.

Загремел снова нажал на кнопку, выбросив вперед световой кулак.