— Что на тебя нашло, Саша⁈ — Изумился Малюга.

— Стой на месте, — указал я на него пальцем, — если не хочешь лежать рядом с Алейниковым.

Малюга просто переменился в лице. Раскрыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же его захлопнул. В искреннем недоумении уставился на меня.

Я глянул на Черепанова.

— Камыши, кусты, камни у реки — все это идеальное место для засады. Они используют Стаса как наживку для нас. Играют с нами.

— А что, если нет? — Поразмыслив несколько мгновений, проговорил Черепанов.

— Есть еще второй вариант, — покачал я головой, — они оставили его здесь, чтобы задержать нас и уйти на тот берег. Но это маловероятно. Единственный брод на следующем участке. Они знают, что встретят там сопротивление идущего нам навстречу наряда. А может быть, и еще большее — силы заслона. С ними им не справиться. Я думаю, они остались здесь.

— И что тогда? Что они, по-твоему, собрались делать? — Спросил мрачный, словно грозовая туча Черепанов.

— Тогда — вплавь, — указал я на Пяндж, который был тут достаточно широким, но не очень бурным, — но им нужно убедиться, что не будет хвоста. Что их не застанут врасплох, пока они будут преодолевать реку. И для этого им нужно быстро расправиться с ближайшими преследователями — нами.

Да… Нам достался очень хитрый противник. Душманье Юсуфзы отличалось коварством, но по-настоящему опытных бойцов в банде было не так много. Большинство лишь вчерашние крестьяне. Некоторые даже не обстрелянные. Тут мы имеем дело с гораздо более умелым противником.

— И что ты предлагаешь? — Сдался Черепанов.

— Займем стрелковые позиции, — сказал я, — тогда они поймут, что мы раскусили их план. И им придется делать следующий ход. Они знают, что время поджимает. Скоро здесь будет подкрепление. Нарыв, наверняка уже понял, что следы были уловкой.

— А Алейников? — Кивнул Черепанов на Стаса, лежащего от нас метрах в двухсот.

Я поджал губы.

— Я пойду к нему. А вы прикроете. Если он еще жив, я вытащу его к безопасному месту.

Черепанов засопел, но все же кивнул.

— Все слышали Селихова, — сказал он мрачно, — к бою.

Пограничники тут же ушли с тропы. Залегли за кустами и в подходящих складках местности.

— Готов, Саша? — Сказал Черепанов, когда мы с ним упали за большим кустом, а потом стиснул свой Стечкин.

— Готов. Пошел. Если что — прикрывайте.

Я пригнувшись чуть не гуськом пошел вперед. Старался скрыться за кустами округлой колючки и можжевельника, которым поросла кромка берега почти у самой пограничной тропы. Нужно было торопиться и стараться не выдать своего присутствия врагу, который, скорее всего, засел где-то поблизости.

Чуть больше минуты мне понадобилось, чтобы скрытно преодолеть почти все расстояние до Стаса и понять, что он все еще жив.

Алейников лежал на спине, распластав ноги и руки. Грудь его медленно вздымалась при каждом вдохе. Тем не менее он не шевелился. Возможно, был без сознания.

Я остановился за кустами и большим валуном. Нас с Алейниковым разделяли какие-то семь или восемь метров. Отсюда нельзя было рассмотреть, куда ему прилетело и прилетело ли вообще. Однако мои догадки оказались верны — пограничника обезоружили. Ни автомата, ни подсумка с патронами, ни даже штык-ножа я на нем не увидел.

Тогда я достал из подсумка РГД-5. Вкрутил запал и заблаговременно разжал усики чеки. Аккуратно сунул гранату в карман, а потом, взяв автомат, привстал, осмотрелся.

На первый взгляд вокруг не было ни души. Тогда я решился и, пригнувшись, скорой перебежкой, помчался к Алейникову. Застыл рядом с ним на колене. Вскинув автомат, стал быстро водить им из стороны в сторону, выцеливая предполагаемого врага.