— Говорил я тебе, — сказал Игop^ Во­лоде.

Тот только плечами пожал.

— Он и разговор ваш там подслушал об иконе. Так что колитесь, если нашли.

— Увы, — развел руками Володя, –— увы, иконы в подземелье нет, и в склепе тоже.

— Как же мы тебя не заметили? — перебил его Игорь. — Где же ты прятал­ся? — Это он меня спрашивал.

— Под тумбой какой-то каменной в склепе, — ответил я. — А потом, когда вы простукивать стенки пошли, я тоже тихонько подобрался и разговор ваш слы­шал. Потом через склеп вышел.

— Надо же, я даже не проверил, запер­та ли там дверь, — сокрушался Игорь. — И ведь если бы я собственноручно не сма­зал маслом все петли в склепе и подземе­лье, мы бы тебя услышали. По началу-то такой скрип стоял — на всю округу! А ты еще говорил: «Не та молодежь».

Последние слова Игорь адресовал свое­му другу, а я наконец понял, куда делись скрипы и уханье, которые мы слышали в первый наш приход к церкви и склепу. Это скрипели петли люка и дверей склепа, когда их открывали Игорь с Володей. Ко­нечно, они их смазали, как я сам не дога­дался! Опять лопухнулся. Тоже мне «при­рожденный сыщик».

— А ты знаешь, где ты прятался-то? Что это за тумба? — спросил меня, посме­иваясь, Игорь.

— Откуда? — ответил я, — фонарика у меня не было.

— Ты под гробом лежал, в котором Куделин покоится. Нет! — Игорь восхищен­но хлопнул себя по колену. — А ты гово­рил: «Не та молодежь!»

— По гробам он вообще спец, — заме­тил Виктор Николаевич. — Он в разрытой могиле на гробе отца Михаила полночи просидел.

— А кто ж могилу-то разрыл? — чуть ли не в один голос удивились Игорь и Во­лодя. — Кому это надо?

— То, что это не вы сделали, я уже знаю, — ответил им участковый. — Иначе у нас другой разговор был бы. А вот кто, пока что загадка. Только думается мне, что не одни вы здесь ищете. Кстати, где вы были прошлой ночью?

— Дома спали, — ответил Володя.

— Верю, — сказал участковый. — Ну ладно, не обессудьте, что потревожил, — он стал подниматься с места.

— Да ничего, — весело отозвался Воло­дя, — мы привычные. С детства, чуть что в школе случится, Афиногенов и Безусов, это мы значит, — в милицию. Два раза из школы выгоняли.

— Без дела из школы не выгоняют, — заметил Виктор Николаевич.

— Согласен, — кивнул Володя, — но главное-то наше дело мимо вашего брата прошло.

— Это что же за дело? — уселся обрат­но на колоду участковый.

— А когда нас с Гариком в первый раз из школы выгнали, мы с ним очень обиде­лись и решили отомстить. Целую ночь мы таскали с ним рулоны рубероида с сосед­ней стройки и обкладывали ими школу. А утром полили бензинчиком и подожгли. Хорошо горело! Машин пожарных штук пять приехало.

— Больше! — поправил друга Игорь.

— Главное, чуть не попались, — про­должал Володя. — Мы на пожар с крыши смотрели, чтобы было лучше видно всю картину. Потом пошли уж спускаться. И только подходим к лифту, двери у него раскрываются, и оттуда выходит мент… Ой, извините, милиционер, — поправился Володя. Виктор Николаевич кивнул ему головой. — Выходят милиционер с овчар­кой и два дружинника. Ну, думаю, все, влипли.

— У меня вообще все оборвалось, — за­метил Игорь.

— А они проходят мимо нас, — продол­жил Володя, — и ме-е-э… то есть милици­онер, дружинникам и говорит: «Сейчас выйдем на крышу, посмотрим, кто там из-за забора подглядывает».