— Оружие оставить!

— Только осторожнее. У меня винтовка снайперская, прицел не повреди.

Оружие их осталось в окопе.

Дозорный довёл их до траншеи.

— Товарищ старшина, окруженцы вышли, командира требуют.

— Давай их сюда.

Оба спрыгнули в траншею.

— Кто будете?

Алексей и Александр представились.

— Что у вас за дело к командиру? Он только отдыхать лёг, день тяжёлый был. По мелочи будить не буду.

— Карта у нас немецкая, у офицера забрали.

— Даже так? Ну ладно, разбудим, но если попусту — пеняйте на себя.

Старшина ушёл в боковое ответвление траншеи и вскоре вернулся с командиром — его звание в темноте было не разглядеть.

— Лейтенант Скворцов. Что за дело ко мне?

— Карту у немецкого офицера забрали, на ней позиции немецкие. И ещё батарею гаубичную видели. Думаю, утром услышите взрыв — заминировали мы её.

— Ты что, минёр?

— Снайпер. А до того минёром был.

— Где оружие?

— У дозорного в окопе осталось.

— Старшина, оружие сюда!

— Есть!

Старшина полез на бруствер.

— Хорошо, давайте карту.

Алексей протянул ему сумку-планшет. Лейтенант открыл её, зажёг фонарик, посветил.

— Да, похоже — наш разведотдел карту с интересом посмотрит.

С бруствера грузно свалился старшина.

— Ваше приказание выполнено.

— Старшина, веди их в разведотдел. Отдашь сумку и оружие.

— Это что же, я сам их оружие нести должен? — удивился старшина.

— А ты считаешь — я? Исполнять!

— Есть!

Лейтенант ушёл.

— Свалились вы на мою голову! Вот что: вынимайте патроны и несите своё оружие сами. Вы бы ещё ПТР приволокли!

— Не донесли. По дороге бросили — патронов не было.

— Ладно, шагайте.

Алексей и Александр каждый несли своё оружие, старшина — только патроны.

Они шли около двух километров, спотыкаясь в темноте.

— Всё, пришли. Поспать не дали!

— После войны выспимся, если живы будем.

Старшина ушёл в избу, но вскоре вернулся.

— Заходите.

Сдав их на руки бравому сержанту, старшина ушёл.

— Где полевая сумка?

— Так старшина отдать должен, у него была.

Сержант выругался и выскочил за дверь.

— Старшина! Твою мать! Иди сюда!

Вернулся он уже с сумкой. Развернул, при тусклом свете светильника из снарядной гильзы присмотрелся к карте, присвистнул:

— Сидите здесь.

Бывшие окруженцы уселись на пол.

Впрочем, сидеть и ждать пришлось недолго, сержант вышел.

— Где карту взяли?

— Двух офицеров я убил в избе, у них и забрал.

— Ты один?

— Я в разведвзводе служил — сначала минёром, потом снайпером. К немцам в ближние тылы ходил, понятие имею.

— Уразумел, — сержант снова исчез за дверью. Спустя некоторое время вновь появился.

— Ты убил офицеров и взял карту? — ткнул он пальцем в грудь Алексея.

— Я, Ветров.

— Иди, тебя капитан зовёт. Только винтовку в угол поставь, а нож мне отдай.

Алексей снял пояс с ножнами, поставил в угол винтовку и шагнул за дверь.

За столом сидел капитан с петлицами кавалериста и дымил папиросой, рукой разгоняя дым.

Над столом висела немецкая керосиновая лампа, дававшая довольно приличный свет.

— Ефрейтор Ветров.

— Садись, рассказывай.

И Алексей рассказал, как после боя остался один, как выбирался к своим, как в тылу встретил Диденко.