Почти сразу к нему подошёл сосед слева, вислоусый украинец:

— Не земляк, часом?

— Я из Сибири.

— Не земляк. Закурить не найдётся?

— Не курю.

— Вот незадача! — Боец ушёл.

До вечера никаких происшествий не было. Алексей успел изучить местность перед собой, отметил, что немцы непуганые. Видно, не было наших снайперов, потому они и загорали на бруствере и вылезали из окопов. И расстояние до них невелико, метров пятьсот.

Алексей нашёл старшину.

— Разрешите обратиться?

— Валяй! У нас по-простому, можешь не тянуться.

— Поохотиться хочу.

— Чего? — Брови у старшины подскочили на лоб.

— Ну, фрицев пострелять.

— А, другое дело! Стреляй, кто не даёт!

— Патроны с тяжёлой пулей есть?

— Посмотри в землянке — вроде были для «максима».

Алексею удалось отобрать полсотни более-менее пригодных для снайперской стрельбы патронов. Потом он вычистил и смазал свою винтовку. Поужинали кашей, которую принёс в термосе разносчик пищи — полевая кухня располагалась в лощине, в полукилометре от позиций.

Алексей проснулся по сибирской привычке ещё до рассвета, и сразу заторопился в стрелковую ячейку. Поднимающееся над горизонтом солнце осветило немецкие позиции, давало блики от стереотруб и биноклей немцев, и Алексей сразу засёк их положение. От его прицела бликов не было, солнце светило за спиной.

Немцы позавтракали, потом шевельнулась стереотруба, и рядом с ней возникла голова в фуражке. Офицер!

Алексей прицелился и выстрелил. Попадания он не видел: после выстрела винтовку подбрасывает, и в прицел ничего не видно. Однако после по немецкой траншее забегали. Значит — попал! Но немцы, вероятно, восприняли его выстрел как случайный, потому что через полчаса на другом участке двое рядовых выбрались на бруствер и спокойно стали работать сапёрными лопатками. Немедля Алексей убил одного, а когда второй в страхе бросился в траншею, в последний миг успел застрелить и второго.

На выстрелы явился старшина.

— Шумишь?

— Троих убил.

— Да ну? — удивился старшина. — А не врёшь?

— Берите бинокль — сами увидите.

Алексей уже приметил, что в час дня к пехотинцам идут из тыла разносчики пищи с термосами. Вот и сейчас он ждал этого момента. Как только он увидел их в прицел, тотчас сказал старшине:

— Смотрите левее — прямо перед вами на немецкой стороне куст. Разносчиков видите?

— Наблюдаю, — кивнул старшина.

Алексей щёлкнул барабанчиком вертикальных поправок, взял дальность прицела и выстрелил.

— Попал! — неожиданно заорал над ухом старшина.

Максимально быстро Алексей сделал ещё два выстрела.

— Попал! Ты гляди, попал! — восторгался старшина.

— А теперь уходим отсюда, и быстро! — остановил его Алексей.

— Это почему же? Мы в траншее!

— Немцы засекли, откуда я стрелял, миномётами накроют.

Они успели отбежать по траншее метров тридцать, как послышался вой первой мины. Разрыв!

За первой миной последовала вторая, третья… Позиции заволокло дымом.

Старшина и Алексей упали на дно траншеи. Пыль лезла в глаза, в рот, сыпалась за воротник.

— Обед я им испортил, — прокричал Алексей, — потому и злятся!

— Молодец, хорошо стреляешь! — старшина показал Алексею большой палец. Тот в ответ показал приклад своей винтовки.

— Что я, приклада не видел? — обиделся старшина.

— Зарубки видишь? Каждая зарубка — убитый немец.