– В чем проблема-то? – поинтересовался я у рабочих и кивнул на разобранный движок: – Деталь на свое место не встает?

– Ага, – согласно покивал пожилой из троицы, – ужо мы ее и так, и этак – не можем засадить, хоть ты тресни!

– Быть того не может, все детали встают легко, – вмешался в нашу беседу подошедший парень лет восемнадцати на вид, если не меньше.

Пушок над верхней губой, вьющиеся волосы, а ладони натруженные, мастеровые. Сразу видно, он тут свой. Заглянув в разобранный двигатель и нахмурившись, парень на миг замер, а потом обвел взглядом механиков и спросил:

– И кто перепутал поршень от «Аргуса»? Двигатель-то от «Суна», правильно?

– Кхе-кхе, Василий, а ты уверен? – спросил у парня старший из стоящих механиков.

– Ну, похоже на то, – чуть смущенно ответил Василий.

– Этот вопрос потом обсудите, – прервал я механиков. – У меня к вам имеется вопрос. Возможно такое сделать, сколько потребуется времени и поедет ли? – вытащил из кармана лист с наброском чертежа гусениц. На схеме угадывается грузовик, думаю, механики легко поймут, что к чему.

– Кхе-кхе, ваше высокопревосходительство, бумагу вашу измажем, – склонив голову набок и рассматривая рисунок, произнес старший из работяг.

– Ничего страшного, берите, меня мнение специалистов интересует, – ответил я и поморщился: в ангар вбегает управляющий и издали начинает мне оды петь. Вот не люблю, когда так принимают и одно место пытаются до блеска языком отполировать!

– Денис Иванович, разберись, – кивнул в сторону управляющего своему адъютанту.

– Есть! – четко ответил поручик, сдернул автомат с плеча и, что-то сказав управляющему, сделал к нему пару шагов.

Все, могу не беспокоиться, больше моей беседе никто не помешает. Механики же, рассмотрев рисунок, начинают перечислять недостатки и скептически ухмыляться.

– Василий, а ты чего молчишь? – посмотрел я на сдвинувшего брови парня, который что-то себе под нос бормочет.

Работяги притихли и на своего старшего посмотрели. Тот усы пригладил, в кулак крякнул и… промолчал.

– Михалыч, – в свою очередь обратился Василий к старшему, – глядь-ка, это может заработать, но придется многое придумать и переделать.

– Кхе-кхе, – кашлянул старший механик, коего назвали Михалычем. – Василий, ты быстро учишься, отдаю должное, но сам посуди: как эта штуковина поворачивать сможет? Или только прямо и назад ездить? – Он с высокомерием посмотрел на двух своих помощников, тех, что предлагали поршень в двигатель забить. – Да и не забывай, ты всего ничего тут в обучении, тебе слова не давали, мал еще!

Мужики своего старшего одобрительно выслушали и закивали, а Василий тяжело вздохнул и промолчал, хотя ведь явно не согласился.

– Василий, а ну-ка отойдем, – кивнул я ему, а когда мы от работяг отошли на пару шагов в сторону, вполголоса спросил: – Сможешь управление смастерить или переделать из трансмиссии грузовика? Да, и как данная машина поворачивать станет? – спохватившись, задал один из главных вопросов, чтобы понять, догадался парень или пальцем в небо попал.

– Это-то самое простое, – отмахнулся Василий, – одна звездочка, на которую полотно железное с зацепами одето, крутится, а вторая нет.

– Полотно называется гусеницей, состоящей из траков – звеньев гусеничной ленты машины с гусеничным ходом, – пояснил я, в душе радуясь, что местный самородок так скоро отыскался.