– Господин наместник, так чего хлопцам-то передать? Вы не бросите Сибирь? – вновь задал вопрос хорунжий.

– Никого оставлять не собираюсь, в том числе и всю Россию-матушку, – ответил я. – Назначить бы вам, Игнат Кузьмич, взыскание за своенравность и наглость… но не стану этого делать: понимаю, что, как вы говорите, хлопцы всем сердцем за происходящее переживают. Надеюсь, больше вы меня не станете задерживать? Спешу, знаете ли, вопросов много накопилось, кои решать требуется, – немного с издевкой сказал казаку.

– Виноваты, ваше высокопревосходительство! – хором ответили казаки и вытянулись по стойке смирно.

– Вольно, – махнул я рукой и направился к машине.

«Мерседес» заурчал движком, и я медленно направил автомобиль мимо казаков, которые не послушались моей команды и продолжают стоять по стойке смирно.

– Вот же черти! – усмехнулся мой адъютант, скопировав выражение полковника Гастева.

– А с вами, поручик, мы еще поговорим об этом инциденте, – хмыкнул я, а потом добавил: – Денис Иванович, напомните мне об этом.

– Хорошо, Иван Макарович, напомню, – ответил поручик, настроение у которого сошло на нет.

До управы мы молча доехали и, слава богу, без происшествий.

– Гм, Денис Иванович, попрошу вас заправить машину, топлива мало осталось, – вышел я из «мерседеса».

– Будет сделано! – бойко отрапортовал тот и, как мне показалось, с облегчением.

Ага, понимает, что допустил промахи, и выслушивать упреки не хочет. Ну, думаю, обязательно ему на вид поставлю. Главное-то, не за свою шкуру переживаю, поручик сам же подставлялся. А вдруг на него Катерина виды имеет, как потом перед сестрицей оправдываться?

– Василий, за мной, – кивнул я в сторону управы и, не оглядываясь, направился внутрь здания.

В приемной Анна мне поведала, что за время моего отсутствия заходил Александр Анзорович, но по какому вопросу, не уточнял.

– Еще приходил губернатор Тобольска, – как-то мечтательно сказала моя делопроизводительница, – очень галантный господин. Когда я ему сообщила, что вас ждать не стоит, а вопрос его почти решен и завтра все окончательно прояснится, он очень обрадовался. Представляете, предложила ему чай или кофе, так он прямо-таки потребовал, чтобы и себе тоже сделала!

– Ха, так он вас обхаживал! Молодец Николай Львович, времени даром не теряет! – рассмеялся я, искоса наблюдая за Василием.

Парень чуть ли рот не раскрыл от удивления. Ничего, пусть привыкает к манере моего общения: чувствую, нам с ним многое сделать предстоит, если я не ошибся.

– Не может быть, – нахмурилась Анна, тряхнула головой, сдула непослушный локон и головой помотала: – Нет, в данном случае вы ошиблись, Николай Львович честный и открытый человек.

– И после работы он вас никуда не приглашал, – согласно покивал я. – Кстати, а Саше ты про господина Гондатти уже успела рассказать?

– Нет, он до этого заходил, – нахмурилась молодая женщина.

– Аннушка, прости за бестактность и совет, – сдерживая улыбку, сказал я ей, дождался, когда она кивнет, и продолжил: – Ты моему помощнику ничего не рассказывай, не хватало мне тут еще мордобоя из-за одной симпатичной особы.

– Скажете тоже, Иван Макарович, – отвела взгляд моя делопроизводительница, но на щеках у нее выступил румянец.