– А зачем там станция?

– "Спэйс-Транзит-Инжениринг" планировал организовать на орбите энергоперекачку от звезды к Терминалу. Для транспортировки к новому Терминалу требуется огромное количество энергии, поэтому решили позаимствовать у звезды.

– А старый Терминал как называется?

– Вот, смотрите на номер, – ему лень было читать вслух большие числа.

Терминал ТКЛ-4010, последний действующий Терминал Канала в этой части галактики, самый удаленный от Земли, не говоря уж об удаленности от Фаона, который вообще в другой стороне. Новым Терминалом Алексеев назвал Терминал ТКЛ-4011. После неудачных технических испытаний он временно законсервирован.

– От десятого далеко до «Телемака»?

– Два дня летели.

У астронавтов странная привычка измерять расстояния не в километрах или световых часах, а в днях пути. И они никогда не уточняют, как быстро они летели. Потом случайно выяснятся, что они неделю мерзли в тормозных ваннах при десяти «же». А как после нее суставы ноют…

– Сколько «же» у спасательного корабля?

– Летаем, как положено, на трех.

– Возле одиннадцатого есть что-нибудь интересное? – спросил я просто из любопытства. Всегда ведь интересно знать, зачем люди выбрасывают в космос миллиарды.

– Звезда. Торквилл с номером.

– А Горштейн куда делся?

– Умер.

– ?!

– Торквилл продолжил вести звездный каталог после смерти своего коллеги Горштейна, – объяснил Алексеев. – Умер он своей смертью.

– Вы меня напугали. Я подумал, не был ли он в экипаже «Телемака».

– Нет, там его не было. Вот вам экипаж, – Алексеев открыл следующий файл. – Пять человек. Командир станции Леонид Вересов, астронавт с пятнадцатилетним стажем. Жорж Кастен, инженер-энергетик, постоянный сотрудник «Спэйс-Транзит-Инжениринг». Тимофей Стахов, астрофизик, говорят, известный… Дальше… Нейджел Бриккер, планетолог и тоже астрофизик. И последний, Милн – Сэмюэл Милн, врач. На самом деле – микробиолог, взяли временно. Из-за него всё и случилось.

– Вы имеете в виду заражение?

– Его. Да, забыл еще одного члена экипажа, Коко.

– Женщина?

– Мышь лабораторная. Милн притащил ее со собой на станцию. Коко умерла первой.

– То есть Милн проводил над ней какие-то опыты?

– Все так решили.

Было очевидно, что себя Алексеев ко «всем» не относит.

– Что значит все?

– Следственная комиссия.

– Кто в нее входил?

– Сначала наши следователи и представители «Спэйс-Транзит-Инжениринг». Потом, когда восстановили видеозапись, дело забрала ГП.

– Давайте начнем с самого начала. Когда укомплектовали экипаж?

– В декабре позапрошлого года, за два месяца до трагедии.

– И два месяца все шло тихо – мирно…

– Похоже, что так.

– А потом?

– Вам официальную точку зрения? – спросил он с нажимом.

– Я пока никакой не знаю, поэтому давайте для начала официальную.

– Хорошо.