– Стало быть один… Год спустя он крадет бластер у Сведенова и убивает из него фокусника Мак-Магга. Как минимум, это доказывает, что убийца не умер от заражения. Следовательно, ему помогли имунномодуляторы, которые он тайком взял в медблоке. Что ж, это уже само по себе утешение. Мы можем быть уверены, что против зеркального вируса Пака-ХС, или, как мы его с Ларсоном назвали, Кап-вируса, существует противоядие. Хью, ты что-то хочешь добавить? – Шеф обратил внимание, что при упоминании о вирусе Ларсон заерзал в кресле.

– Я как раз хотел рассказать о том, как продвигаются дела у биологов. Они смогли рассчитать инкубационный период Кап-вируса. Он равен приблизительно ды-а-ыыы… – Ларсон зевнул, – …дням.

– Сколько-сколько? – переспросил Шеф и вопросительно посмотрел на меня. Я выдвинул предположение:

– Кажется, он сказал десяти.

– Не-а-ыыы, – возразил Ларсон и схватился за челюсть. – Извините, только в пять утра закончили вычисления.

– Давай-ка просыпайся, – сказал Шеф, тайком зевая. По интеркому он вызвал Яну. – Вдруг не сможешь потом повторить, – пояснил он Ларсону.

– А я уж и не ждала, что пригласите, – войдя в кабинет, буркнула Яна, то же, кажется, не выспавшаяся.

– Свари нам кофе, – жестко парировал Шеф.

– Мне с… эээ, – по наивности Ларсон начал было требовать топленого молока, но осекся. А я уже со всех ног бежал вдогонку за Яной. Я привел ее за руку, согнал Ларсона с почетного вельветового кресла и усадил в кресло девушку.

– Хью, можешь продолжать, – провозгласил Шеф, довольный устроенным переполохом. В начале рабочего дня ничто так не помогает проснуться, как небольшой переполох. Подавив зевоту, Ларсон выпалил:

– Среднее значение инкубационного периода Кап-вируса равно двум дням!

– А не среднее? – осведомился Шеф.

– От одного до трех.

– Нам это что-то дает?

– Конечно, – с достоинством ответил Ларсон. – Численное моделирование подтвердило наше предположение. Как вы помните, симптомы инфекционного заражения появились у астронавтов с разницей в один день. У инкубационного периода очень велика дисперсия. Следовательно, инкубационный период неизвестного вируса должен быть короток. Если бы численный эксперимент дал не два дня, а два месяца, то пришлось бы заключить, что астронавты заразились не Кап-вирусом.

Шеф смотрел на Ларсона не мигая. Неужели эксперт не понимает, как он нас разочаровал.

– Хью, скажи прямо, ты сумел определить когда и где вирус Пака превратился в Кап-вирус?

– К сожалению, нет. Я могу утверждать только, что для стопроцентного заражения необходимо значительное количество Кап-вируса. Это означает, что в действительности росток алеф-измерения был еще толще, чем предсказывал Рассвел. И что в момент возникновения ростка плотность вирионов была велика. В распыленном состоянии видоизменилось бы лишь незначительное количество вируса. Скорее всего, изменение ориентации произошло, когда вирус находился в пробирке. Иными словами, вирус Пака стал Кап-вирусом после того, как Милн создал вирусную культуру и до того, как он начала свои эксперименты на «Телемаке». Более точного ответа микробиология дать не в состоянии. Поэтому нам надо подойти с другой сторо-ыыы…

Ларсон в очередной раз зевнул.

– Чем бы его взбодрить, – вслух подумал Шеф.

Яна вскочила с кресла и куда-то убежала.

– Я не это имел в виду! – рявкнул Шеф ей вдогонку.

Девушка вернулась с пузырьком таблеток.